Радуга над теокалли

О, эти её волосы, они способны свести с ума кого угодно, а уж он - раб навеки! Так хочется пропускать эти несравненные пряди, напоминающие чудесный нежный пух, сквозь пальцы... Пусть они обовьют его шеюкак вечные кандалы, но только бы ощущать их невесомую теплоту...

  Потом бы он, крадучись, коснулся ее закрытых глаз, таких глубоких и осторожных... Её веки затрепещут при внезапном пробуждении от сладкого сна... Они встрепенутсяудивлённо, испуганно, затем томно и расслабленно, а потом.

.. Радостно засверкают счастьем. Глаза любимой женщины. Сколько в них, в их бездонных омутах он нашёл и прочитал любви, обещаний, чарующей неги... Эти глаза... Они бы взглянут в самую глубину его исстрадавшейся души и встретят там безграничную любовь. Они найдут там тот пьедестал, на который он возвёл свою богиню, и убедятся, что это не на миг, не на год, а навсегда, на всю жизнь.

  Спроси они его, что бы он отдал за одно мгновение такого блаженства, и он, не стыдясь, не смущаясь, не запнувшись, сказал бы уверенно - всё.

  Всё, что имеет.

  Всё, чем обладает.

  Он готов отдать этой единственной женщине, ставшей смыслом его жизни, - воздух, которым дышит, воду, что пьёт, сон, которым грезит наяву, любовь и жизнь.

  Очарование ночи, когда не нужно слов, когда действуют руки и губы... Он бы покрыл каждую клеточку её тела губами, а они, эти поцелуи, жгли бы потом её в течение дня, напоминая о безумствах проведённой ночи.

  О, волшебница-ночь! О, сладкие грёзы! Как тяжело думать о неразделённой любви, когда протяни руки, войди в комнату, отдерни одеяло и возьми это несопротивляющееся, покорное тело рабыни! Нет, не рабыни... Радуги... Божественной женщины... Он сам отпустил ее на свободу, отдал под защиту закона. И подарит ли смирение и послушание то необъяснимое, несравненное, неповторимое забвение в жарких объятиях, которые будут гореть только с одной стороны?.

.

  Сможет ли он посмотреть в эти бездонные глаза, полные презрения и укора, рано утром? Нет, он будет вынужденкак паршивый пёс, поджав хвост, бежать и никогда не сметь даже надеяться на радостный блеск в её глазах... И дело не в умении, в опыте - этого у него хватает, он знает, как доставить женщине удовольствие, заставить её долгое время мечтать только о нем.