Радуга над теокалли

Чему ж его тогда учили и готовили столько лет? И может ли воин вот так просто уйти? Ему постоянно повторяли с детских лет:воину должно пасть в бою, но не уступить. Он вырос с этой мыслью... Как же ему не хватало отца, кого-нибудь, кто бы мог с ним поговорить и помочь советом, удержать от ошибок! Но сейчас остался один - к жрецам идти не было смысла - он перестал им верить. А Иш-Чель опять не смогла обратиться к духам, создавалось впечатление, что закрылся вход к богам.

***

Сообщение, что послы мешиков прибыли в город, распространилось мгновенно.

С должными почестями их сопроводили во дворец халач-виника.

Кинич-Ахава неторопливо шёл к тайному окошку, хотелось увидеть незваных гостей до переговоров. Неожиданно для себя в потайной комнате наткнулся на жену, которая внимательно рассматривала мешиков. Похоже, этим она занималась уже долго.Почувствовав присутствие мужа, Иш-Чель вздрогнула и виновато улыбнулась. Сделав должный поклон, уступила место, тихо шепнув:

- Мой господин, это не послы, а воины.

.. Обрати внимание: их руки - они словно ищут на своём боку дубинку! А лица!

- Ты наблюдательна, но их лица в боевой раскраске будут ещё страшнее, дорогая, - согласился Кинич-Ахава, когда внимательным взглядом окинул группу терпеливо ожидающих послов.

Мешиков было пятеро. Богато одетые, в ярких плащах, драгоценностях. Фигуры крепкие, с гордой осанкой. Узлы мышц на обнажённых торсах лишний раз подтверждали правоту Иш-Чель. За время наблюдения послы не обмолвились между собою ни словом.

Они спокойно сидели, напоминая каменные статуи.

- Посмотри на их ноги, это даже не пилли. Явно предводители военных отрядов! А значит - в Анауаке уже готовятся к войне. Они здесь, чтобы рассмотреть городские укрепления! - Кинич-Ахава не сдержался и рассерженно стукнул кулаком о стену.

- Значит, война?

- Мешики не пойдут на мир, как надеются некоторые. Идём! - халач-виник с женой направились в зал к гостям, где у входа столкнулись с Уичаа.

- Я считаю, что мне нужно также присутствовать на приёме послов, дорогой сын: ещё одни глаза, ещё одни уши.

.. - ответила она на немой вопрос, заметив, как недовольно сдвинулись брови сына.

Кинич-Ахава вынужденно кивнул, понимая, что спор бесполезен, а послы уже в зале.

За спиной мужа Иш-Чель внимательно рассматривала гостей, теперь вблизи. Больше всего её поразило сосредоточенное выражение лиц. На них читалась не хитрость и ловкость, свойственная дипломатам или торговцам.