Тетраксис мира Посейдона. Книга первая. Архонт

Но прежде, чем мы смеем преступить порог твоих Оракула [5] и Храма, мы просим дозволения поймать в твоих садах священного быка. Само собой, без применения хитрости, оружия, разных там уловок... Но только лишь благодаря отваге, личной доблести и твоему, Владыка Посейдон, благословению!

Царь замолчал, пал ниц и неподвижно замер в беспокойном ожидании

Змеей юркнула в пасть сумрака и Летного [6] небытия минута, прежде чем раздался легкий, мелодичный звон и…

И Врата Храма растворились! 

Царь с облегчением выдохнул и нервным жестом стер со своего чела, висков, ланитов, подбородка обильно их посеребривший пот.

- Братья мои, не будем медлить с жертвоприношением! Ночь коротка! В то время как Владыка наш – безжалостен и строг! Да, всяк смертный, видевший "Зеленый" луч, пока находится под покровительством трех Мойр и Храма! Но только до утра! С рассветом же Глава и Взгляд Горгоны снова будут убивать! И если мы затянем наш Совет, то никогда уже не сможем отворить Ворота Храма, и гнев Богов лавиной обрушится на нас.

 

С этими словами Царь встал с колен и торопливо сбросил тогу с плеч.

Каждый из собравшихся безропотно последовал его примеру. 

Все, кроме одного! Того, который самым беспардонным образом остался без движения и лишь еще плотнее прижался своим телом к матушке-земле…

***

На вид "непокорному" вряд ли можно было дать чуть больше двадцати.

Без всякого сомнения, он был самым юным из всех тех, кто его сейчас окружал.

Однако это еще совсем не означало, что его "путь" к Золотым Воротам Храма по воле Рока оказался легче и короче - в противовес другим. Скорее, все обстояло с точностью до наоборот: за плечами юноши уже были годы суровых лишений и смертельно опасных странствий по чужой земле и неподвластным воле его рода городам, познание Доблести на гладиаторском арене и Подвиги Геракла [7], кровопролитная конкиста [8] варварских земель [9] и бескорыстное служение Афродите [10], с завидным рвением усвоенный Гражданский Ценз [11] и до дна испитый кладезь Знаний Аполлона[12].

Юношу с рождения звали Нереем [13] - в честь легендарного старца, превосходящего в своей мудрости любого или, даже, всех вместе взятых, Богов.

Но главное было даже не в этом. 

А в том, что … он был не просто прямым и единственным наследником трона Тиррении [14], но сегодня мог, точнее, сам был должен стать Царем.