Тетраксис мира Посейдона. Книга первая. Архонт

Даже если в твоей жизни появиться женщина, которой ты захочешь быть верен всегда. Во-первых, ты не вправе нарушать закон Посейдона – однажды и прилюдно приняв в свою честь чей-либо и какой-либо обет, ты, как благородный атлант и Царь, уже не вправе в качестве распоряжаться им. Да и для охраны самого Акрополя амазонки вначале были избраны не тобой, но Владыкой Морей и Океанов. Во-вторых, никому из смертных, даже твоей будущей избраннице, не суждено оказаться в одном и том же помещении, я имею в виду покои твоего Дворца, в одно и тоже время с одной из амазонок.

В-третьих, твоим телохранителям, неважно, мужчины они или прекрасные нимфы, под страхом смерти запрещено говорить с кем бы то ни было, кроме тебя.

- И много их, амазонок, в моем Дворце, - уже успев устать от нравоучительных речей жреца, перебил его Нерей, когда они встретили еще четырех воительниц у входа в царскую купальню.

- Всего Царская гвардия насчитывает в своих рядах около семи сотен амазонок. В твоей же личной охране их ровно семь десятков.

Кроме них в твоем распоряжении еще и две когорты царских копьеносцев и три сотни гвардейцев. Так что, тебе нечего беспокоится о своей безопасности, Царь!

- А что случится, если у амазонки появятся дети, - неожиданно спросил Нерей.

- Ничего особенного, благородный Царь, - невозмутимо ответил тот. - Сия амазонка будет выведена из твоей личной охраны. Затем, если у нее родится ребенок женского пола, то впоследствии эта девочка станет либо обычной жрицей, либо, как и её мать, бесстрашной амазонкой.

Если родится мальчик, то он станет жрецом Посейдона или одного из других Богов.

- Так, значит, твоей матерью была амазонка, благочестивый Тритон? И в твоих жилах тоже течет царская кровь? - мелькнула крамольная мысль в сознании Нерея и он тут же поспешил высказать ее вслух.

- Нет, мой Повелитель, твоя догадка в корне не верна, - многозначительно усмехнулся Тритон. - Менторов Царей, так же как и жрецов Сумрачного Солнца, порождает Вечность.

И моей матерью не могла быть смертная женщина. Мне так же неведомо, кто был моим отцом. Эту тайну свято хранят Верховный Жрец и Посейдон. И я не смею даже думать о том, чтобы задавать им на эту тему вопросы.

- Жаль, очень жаль, - посетовал Нерей, освобождаясь от одежд и с нескрываемым вожделением вступая в мраморный бассейн купальни. - Будь на то воля Богов, ты мог бы быть моим кровным братом, благочестивый Тритон. Но, видно, Посейдон рассудил иначе...