Зеница рока

 

Махмуд–бег уже собирался встать, чтобы отправится в покои отдохнуть часок до восхода солнца, как в комнату влетел свиток пергамента, кувыркнулся в воздухе и опустился ему в руки.

– Похоже, у нас ещё гости, – прошептал шехир–эмини. 

В комнату, низко кланяясь, вошел Улейбулла. Опустившись перед Правителем на колени, положив ладони на сплетения узоров ковра, хозяин караван–сарая пропищал:

– О, всезнающий! Извините, что вынужден нарушить ваш драгоценный покой!

Фарух и Махмуд–бег недовольно переглянулись.

 

– Что случилось, уважаемый Улейбулла?   

– О, Великий, в этот радостный день приходят новости одна другой светлее. И не все поспевают вовремя. Только что в Святой город Истамбул с посольством прибыл гость с Карпат от повелительницы Бело Озера – Матери Берегини. Посол прибыл не с пустыми руками. Я испрашиваю вашего разрешения, можно ли горцу предстать пред ваши очи, о Великий? 

Махмуд–бег снова посмотрел на Фаруха и по виду друга понял, что его не радуют такие сюрпризы.

 

– Хорошо, Улейбулла, веди своего посла. У нас ещё есть время. Как его имя? 

– Назар, повелитель, Назар Турбат.

Караванщик ещё ниже поклонился и попятился к выходу. Не успели занавеси успокоиться, как в комнату вошел русин с мешком на плечах. Дойдя до ковра, на котором сидел шехир–эмини, он прижал правую руку к сердцу, поклонился и положил свою ношу на пол. 

Выпрямившись, Назар сказал:

– Приветствую вас,  уважаемый Махмуд, от всего водяного народа Бело Озера, что под Чёрной горой.

Наша Мать желает вам и всем вашим родным, вашему народу здравия и спокойствия. Мы желаем вам не знать ни горя, ни печали. 

Посол поклонился, ожидая ответа, но Махмуд–бег молчал.  

– Мы с великой радостью услышали весть о рождении наследника… – продолжил Назар.

А шехир–эмини, слушая слова посла, размышлял. Он подумал, что водяной народ с Карпат мог бы представить и не этот одетый, как оборванец увалень. Таким тоном не передают здравицы. Таким голосищем скорее зовут войско в бой.

Что же заставило Мать отправить к нему не опытного в посольских делах старика, а мольфара? Махмуд–бег ведал о многовековой вражде карпатских русинов с каинидами. Живущие бок обок два народа знали и мирные времена, и времена крови. Раньше народ Берегини легко решал споры с каинидами, но после того, как завершились междоусобицы Кланов, волшебники, черпающие силу из крови, занялись укреплением своих границ и усилили заставы.