Тухачевский против зомби

Разве только в музее в райцентре и найдешь упоминание…

         -Мало кто? Это значит, что кто-то все-таки слышал…

         Дед с недоверием взглянул на внука.

         -А тебе зачем?

         -Я диплом пишу на эту тему. А без разговоров с очевидцами или свидетелями – пусть даже косвенными – сам понимаешь, работа яйца выеденного не стоит.

         Дед лукаво улыбнулся и подошел к внуку вплотную, обнимая его одной рукой.

         -Эх, внучок. Ну что ж я за дед, если внуку не помогу? Есть тут у нас один старичок, только – тсссс! – он страшно не любит, когда его обо всем это расспрашивают. Вот я тебя-то с ним и сведу!

         Никита обрадовался.

         -Правда? Ну ты даешь! Ты меня как ученого этим очень обяжешь!

         -Ладно уж, ученый, гляди на масленка не наступи, а то на зиму солить нечего будет, - дед наклонился и поднял из-под самой ноги Никиты маленький, но «упитанный» гриб.

         Однако, вскоре деревенская жизнь не то, чтобы приелась столичному юноше – он к ней привык. А как только привыкаешь к определенной обстановке, обживаешься в ней, свыкаешься с нею – так сразу образцы прошлого, да тем более недавнего и так больно ранившего, уходя, - начинают собираться в кучу и снова донимать исстрадавшееся сердце.

         Утром Никита отказался от завтрака.

         -Ты чего? – в недоумении спросил дед. Никита молчал и глядел в окно.

         -Эээ, а я никак знаю, что тебя гложет.

         -И что же?

         -Ты что же думаешь, я молодым никогда не был? Была и у меня в юности одна... Эх и иссушила же она меня! Жил на еле-еле, едва Богу душу не отдал.

         -И что же было потом?

         -А потом я, по счастью, твою бабку встретил…

         -Хочешь сказать, клин клином вышибают? Боюсь, не про меня.

         -Это почему?

         -Да вот. Полюбил.

         -Ну а раз так, то и такому горю как твое, помочь можно.