Тухачевский против зомби

А только потом утянули труп мужика за руки, чтоб обмыть да похоронить по-человечески…

Пришли в другой двор. Уже увереннее, наглее – первая кровь, как часто бывает, развязала руки.

-По нашим сведениям, у тебя трое сыновей и брат в банде. А сам почему не пошел?

-Потому как не ходячий я, - перед солдатами стоял человек на костылях. – Я свое с Врангелем отвоевал в Гражданскую. Не до войны мне теперь, родненькие…

-Не родненькие мы тебе! Ишь чего удумал, вражина! Ты враг внутренний, от тебя, как товарищ Ленин говорит, вреда больше, чем от всех врангелей, вместе взятых.

Берите его, товарищи, и в расход…

Этот, наоборот, сопротивлялся, да только жена успокаивала да увещевала, глотая слезы:

-Не надо, Коля, прими смерть достойно!

И принял – снова глухие щелчки затворов озарили тихие елатомские дворы. 

А уж после нашли и то, что искали.

-Где сын?

-В лесу, с антоновцами.

Дверь из сеней отворилась. Перед красноармейцами, которые раньше никогда не видели антоновцев живьем, но были наслышаны от командования и товарищей об их звериной жестокости, впервые предстал солдат крестьянской армии.

Такой же, как все – с мертвенно бледным лицом и налитыми кровью глазами, с пеной у рта и нервно и озлобленно рычащий.

Рядовые всколыхнулись, похватались за маузеры. Комиссар жестом руки одернул их и крепче сжал в руке трубку со шлангом из газового баллона. 

-Фамилия?

В ответ он услышал один только рык.

-Повторно спрашиваю – фамилия?! – закричал он. – Говори, вражина, иначе согласно декрету…

Тот снова зарычал как бешеный пес и рванулся на обидчиков, когда комиссар вдруг повернул вентиль на соединительном шланге за спиной и в лицо солдату ударила мощная струя пара.

Стоявшие вокруг члены его семьи закашлялись от удушливого запаха – это бал хлор, которым в годы Первой мировой травили целые дивизии. Сейчас же несчастный солдат, столкнувшись с ядовитым газом, стал корчиться в муках, кашлять, упал на колени и уткнулся лицом в землю. Мать хотела было подбежать, чтобы помочь умирающему сыну, но солдат револьвером отпугнул ее – и спас жизнь, ее хлор убил бы точно так же, неминуемо.  

-Вот так, - перекрывая подачу газа, самодовольно произнес комиссар. – И так будет со всеми, кто укрывает негодяев из банды. Укрывателей в расход, а самих бандитов газом потравим! Сами запомните и другим это передайте – мы теперь против них надежное оружие имеем, никто не уйдет! А вас пока прощаем – коли уж выследили вашего ходока…

В тот день расстреляли еще человек шесть по всему селу.