Тухачевский против зомби

3 июля приступили к операции в с. Богословка. Редко где приходилось видеть столь замкнутое и сорганизованное крестьянство. При беседе с крестьянами от малого до старика, убеленного сединами, все как один по вопросу о бандитах отговаривались полным незнанием и даже с вопрошающим удивлением отвечали: "У нас нет бандитов", "Когда-то проезжали мимо, но даже хорошо не знаем, были ли то бандиты или кто другой, мы живем мирно, никого не беспокоим и никого не знаем".

Были повторены те же приемы, какие и в Осиновке, взяты заложники в количестве 58 человек. 4 июля была расстреляна первая партия в 21 человек, 5 июля – в 15 человек, изъято 60 семей бандитских до 200 человек.

В конечном результате перелом был достигнут, крестьянство бросилось ловить бандитов и отыскивать оружие. Вблизи находящегося имения, бывшего Андреевского, найден в колодце один пулемет "кольба" с небольшим повреждением, обнаружены в убежище одной из стен разрушенной постройки два активных бандита, которые, отстреливаясь (сдаваться не пожелали), застрелились сами, оказавшиеся местными руководителями бандитских шаек, один из них начальник вохры.

В яме, где они помещались, найдена одна целая пулеметная лента. По сведениям, полученным от задержанных бандитов, в имении находился более 5 месяцев бандитский штаб. В одном из строений устроены бойницы, сходящиеся внутри каменные своды погреба, приспособленного для обороны. Проживавшие в имении пять семей изъяты ввиду упорного отказа дать сведения о бандитах.

Появилось добровольно 11 человек, из них 4 с оружием, дезертиров без оружия – 27, сдано населением три винтовки, один обрез, 5 сабель и 8 седел.

Окончательная чистка упомянутых сел и деревень была закончена 6 июля, результаты каковой сказались не только на районе двух волостей, прилегающих к ним; явка бандитского элемента продолжается[2].

…Вечером, после зачистки, Тухачевский, Какурин, Склянский, Никита, Антонов-Овсеенко, Ягода и Ульрих собрались в штабе. Тухачевский начал:

-Ну что ж, товарищи. Нами проведена тяжелая и кропотливая работа, последствия которой нам еще предстоит устранять и, думается мне, не один год. Что ж, и к этому Советская власть готова. Однако, наша работа, работа военных, выполнена до конца.