Под нашей сикоморой на берегу Апет

И, вероятно, царевич так и продолжал бы это делать, если бы их с братом не увлекли в круг танцующих. Конечно, братья и не думали сопротивляться – почему бы не попробовать на вкус столь знакомый танец, но обязательно по-тамерски! За короткие мгновения, проведённые с каждой из партнёрш, Секенэф будто чуть-чуть узнавал их. Но он не мог упустить из виду ту самую гибкую темноволосую девушку – ещё немного, и ему, наконец, тоже выпадет счастье станцевать с ней! Вблизи, когда луна отражалась в её мудрых карих глазах, она казалась ещё прекраснее! И хоть грацией она могла поспорить с самыми искусными храмовыми танцовщицами, это не мешало ей быть отчаянно и непринуждённо весёлой.

- Ваша улыбка совсем не вяжется с мрачным плащом! – заигрывая, говорила девушка, перекрикивая музыку.

- А вот к вашему образу ничего не прибавить и не отнять, - мечтательнее, чем рассчитывал, ответил Секенэф.

Повинуясь внезапному порыву и чувствуя озорное настроение своей партнёрши, он рывком вывел её из круга и игриво поманил за собой, не выпуская её руки.

Он уводил её под сень деревьев к берегу Апет. К его радости и лёгкому удивлению, девушка явно была не прочь последовать за ним.

- К чему же такая таинственность, - всё ещё заигрывая, вопрошала юная рэмеи. – Неужели в нашем радушном городе вам есть, кого бояться? Или бояться надо вас?

- Таинственность добавляет жизни вкуса, а иногда завеса тайны позволяет проскользнуть между прутьями клетки. А бояться меня нужно лишь в том случае, если вас пугают танцы или непринуждённые разговоры.

На самом деле Каис и не думала опасаться этого молодого авантюриста. Более того, у неё с самого начала было довольно обоснованное предположение о его личности. Они с Зари подумали, что царственные наследники, пусть даже и приказано будет им строго соблюдать инкогнито, скорее всего, приказ этот вполне могут понять как-нибудь по-своему, ибо будь они хоть трижды царевичами, вряд ли они смогут, да и вряд ли найдут смысл противостоять искушению, и предадутся веселью вместе со всем остальным городом.

Всё же, сколь бы близок ни был враг, вряд ли он осмелится напасть на царевичей на земле, принадлежащей Золотой – каждый житель Таур-Дуат знал, какое это святотатство. Эльфы, пусть и не знали многих деталей о богах Таур-Дуат, боялись их. Те эльфы, что изредка появлялись на празднествах в Тамере, всегда пребывали в благоговении, осознавая могущество Золотой – всё же, она была и защитницей своего народа.