Бездна цвета багрянца

Тут-то упырям и конец пришел. Сожгли их на месте, а потом пепел еще раз пережгли, да под молитву, да ладаном окурили еще. Да только больше в том селе и не жил никто. С к соседям перебрался с пожитками, да там избу срубил, кто с иноками в монастырь. Вот так вот...

  - Так вот... - пробормотал его седой сосед.

  - Да брешешь же, - все так же отозвался раскосый. - Вина пить меньше надо, тогда и упыри мерещиться не будут. Сами небось друг друга поленьями побили, с пьяных глаз.

   Вместо ответа паленый с размаху ударил его кулаком в глаз.

Раскосый в долгу не остался, оба сцепились и покатились на землю. Остальные ополченцы брызнули в стороны, спасая котелок с остатками каши и отодвигая подальше сложенные рядом бердыши. Разнимать дерущихся никто, однако, не торопился - кулачный бой дело особое, если до смертоубийства не доходит, лезть не надо.

  - А ну унялись, смердячье отребье - громыхнул из темноты голос, да такой грозный, что драчуны моментально вскочили на ноги да сорвали с голов шапки.

   В круг света от костра вошли два человека - один сравнительно молодой, другой уже весь седой, исполосованный морщинами. Оба были богато одеты, но доспехов не носили, однако же на поясе у молодого висела кривая сабля и кинжал. Старик был опоясан прямым мечом, очень старым с виду. У обоих были забрызганы грязью сапоги и ноги - они долго ехали верхом.

  - Княжеский шатер где? - резко спросил молодой. - Отвечайте.

  - Это... - ополченцы замешкались, не понимая толком, как им поступить.

С одной стороны, барину перечить не с руки. С другой - это же пришлый, видно, что только что с дороги. Надо ли ему сказать требуемое, или же надо рубить его бердышом, или кричать "караул!"...

  - Отвечайте, - повторил молодой тише и более угрожающе. Он зачем-то прикрыл рукой один глаз. - Где князь?

  - Отсюда вон туда, красный шатер, - люди у костра разом указали в одном направлении. - Рядом стяг со Спасом Нерукотворным, не перепутаете.

   Пришельцы молча последовали по своим делам.

   Ополченцы некоторое время стояли в растерянности, после чего вяло стянулись обратно к костру. Они не могли точно сказать, кого видели, и видели ли вообще.

   Тем временем двое, явившиеся без приглашения, направлялись к княжескому шатру. Никто не посмел преградить им путь или окликнуть. Сила духа и гордость сквозили в их одеждах из дорогой ткани, в надменной осанке и взгляде, под которым все съеживалось.