Сердце Скал. Зверь

В эту минуту двери приотворились, и в Большую опочивальню просочился государственный секретарь Вейсдорн с холщовым мешком в руках. Следом за ним в комнату хлынул тревожный гул из Зеркальной галереи, где уже собрался весь двор; слуги поспешно захлопнули створки. Вейсдорн подал знак Сильвестру. Члены Тайного Совета тут же встрепенулись: на сей раз графу Манрику не пришлось дважды повторять приглашение пройти в Малую опочивальню. Тем более, что врачи уже занялись раной, и им не следовало мешать.

— Взгляните, господа! — заявил Вейсдорн, едва все перешли в бывший Ореховый кабинет.

— Вот что нашли мои люди вместе с рясой этого молодчика!

И государственный секретарь извлёк из своего мешка мышь со свечой – наперсный знак из ярко начищенного олова на тонкой серебряной цепочке.

— Эсператистский Орден Истины! — воскликнул военный министр, взяв цепочку в руки, чтобы получше разглядеть знак. — Значит, это агарисский заговор?

— Сомневаюсь, барон, — тонко улыбнулся Вейсдорн, — но улика говорит именно об этом.

Граф Маллэ недоверчиво покачал головой:

— Вряд ли убийца стал бы намеренно компрометировать свой Орден. Вероятнее всего, этот знак предназначался просто для отвода глаз.

Экстерриор Рафиано протянул с задумчивым видом:

— Негодяй, кажется, кричал, что был исповедником матери Моники? Помнится, она тайная эсператистка, граф?

— Именно так, — подтвердил Вейсдорн. — Первое письмо, которое убийца передал королю, было подлинным. Остальное – подделки, переложенные пустыми листами.

И государственный секретарь выложил кипу бумаг: весь верхний листок покрывали пятна крови.

Сильвестр осторожно поднял его двумя пальцами. Судя по обращению, мать Моника действительно писала какому-то эсператистскому священнику. Речь шла о потайном выходе в саду аббатства святой Октавии – том самом, где Катарина Ариго устраивала свои свидания.

— Так что вы думаете, граф: это дело рук фанатика или нет? — спросил он, пробегая глазами письмо.

— Увы, нет, — отозвался Вейсдорн и пояснил, заметив удивлённые лица членов Совета.

— Фанатик не думает о бегстве заранее. Он сосредоточен на совершении преступления, поскольку мнит его миссией самого Создателя. Однако наш убийца сбежал, и это не случайность. Взгляните: его ряса сшита так, что её можно легко распороть и скрыться. Маршрут короля был известен, и все знали, что его величество прослушает службу в Соборе Святой Октавии. Господа, покушение было тщательно спланировано, и преступники заранее продумали отступление.