Сердце Скал. Зверь

Его младший брат Арнольд находился рядом. Полковник Ансел, злой и небритый, стоял со своими людьми у подворья, где располагалась епископская типография: очевидно, тессорий отдал приказ закрыть этот источник скверны и рассадник мятежа.

— Ваше высокопреосвященство! — крикнул генерал, когда Дорак величественной поступью стал подниматься по невысокой лестнице храма. — Прошу вас прекратить этот балаган! Велите народу разойтись и не оказывать сопротивления законной власти!

Дорак проигнорировал этот отчаянный призыв – то ли приказ, то ли просьбу.

Он поднялся на верхнюю плащадку лестницы и повернулся лицом к толпе, опираясь на епископа Агния.

— Взгляните, дети мои! — зычно воскликнул он, протягивая правую руку куда-то в центр двора. — Взгляните туда! — Толпа шарахнулась в стороны, освобождая пятачок свободного пространства в месте, куда указывал кардинал. — На эти плиты вчера упал наш добрый государь Фердинанд Мученик, зарезанный подлым убийцей! Кровь нашего короля ещё вопиёт об отмщении! Камни этого двора готовы подняться, чтобы обрушить свою мощь на голову низкого предателя!

Камни действительно содрогались, Ричард чувствовал это, но кровь бедного Оллара была здесь не при чём.

Вчера, когда она текла, камни оставались совершенно равнодушными. Проснулись они только сегодня, разбуженные неистовством людей, и глухо роптали, словно предвидя в скором будущем нечто недоброе.

— Ваше высокопреосвященство! — почти взмолился генерал Манрик.

— Воля нашего короля нарушена! — выкрикнул кардинал с силой и убеждением фантика: лицо его было напряжено, губы посинели от напряжения.

— Подлый вор узурпировал власть государя, едва он испустил дух! Голос мученика, взывающего из могилы, заставляют умолкнуть, как вчера заставили умолкнуть его сердце! Да не будет этого! Завещание нашего государя священно. Мы не позволим торжествовать эсператистской шлюхе и её прихвостням на могиле невинноубиенного монарха! Отмщение злодейке за Фердинанда Второго! Отмщение её низким пособникам!

— Отмщение! — единодушно отозвалась толпа, волнуясь, как предштормовое море.

— Я предупреждаю! — крикнул Леонард Манрик: его черты некрасиво перекосились. — Кто сейчас же не уйдёт с площади, пусть пеняет на себя! Разойтись! Разойтись немедленно!..

— Слышите, дети мои? — спросил кардинал, вытягивая руку. — Слышите этого нечестивца? Манрики грозят вам карой за то, что вы пришли оплакать своего короля!

— Смерть Манрикам! — дружно взвыла толпа.