Сердце Скал. Зверь

От города до дворца было не больше сорока минут езды, но оскорблённый в лучших чувствах виконт добрался до парковой ограды уже через полчаса.

Коня он оставил у стены, через которую ловко перелез, не зацепившись ни за одну веточку. Сочтя это хорошим знаком, Марсель двинулся по парку наугад, пытаясь определить местонахождение здешней церковной процессии по пению гимнов. С заходом солнца поднялся сильный ветер: его порывы относили звуки в сторону на приличное расстояние. Быстро темнело; похоже, собиралась гроза.

Пошатавшись по парку ещё минут десять, Марсель, наконец, набрёл на процессию и начал осторожно пробираться в её начало, надеясь заметить рядом с Эпинэ пропавшего разбойника.

Молния, сверкнувшая из набежавших туч и озарившая всё вокруг, пришла Валме на помощь. Он увидел так отчётливо, словно смотрел на сцену Золотого театра с самой дорогой (суан за вход) центральной галереи: во главе процессии величественно плыла принцесса Ракан – высокая колоритная дама, окружённая слугами и арендаторами.

Однако ни её внука, ни его скорбного друга поблизости не наблюдалось. 

Огромная бесшумная молния напугала эсператистов: послышались встревоженные вскрики и пронзительные взвизги. Мужчины и женщины задирали головы, опасливо поглядывая в нахмуренное небо; свечи заметно дрожали у них в руках. Принцесса Ракан прибавила ходу, очевидно, намереваясь поскорее вернуться во дворец.

Марсель отстал от процессии, задумавшись.

Если Ракан и Эпинэ не участвовали в шествии, это означало, что они занимаются тайными делами, не терпящими лишних глаз и ушей. А для этих целей – что удобнее праздника, когда все ненужные свидетели шатаются за пределами дворца!

Офицер по особым поручениям всей кожей ощутил зуд охотничьего азарта. Скучные поиски Жана-коновала внезапно превращались в захватывающую интригу. Марсель потёр руки, предвкушая приключение.

Нужно только проникнуть в опустевший дворец и найти там двух – точнее трёх, считая бывшего разбойника – заговорщиков. Конечно, Алва не поручал своему офицеру лазить в окна к Альдо Ракану, но, в конце концов, разве особые поручения заключаются не в этом?

Марсель крадучись приблизился к дворцу. В парадные двери соваться, разумеется, не стоило, а у входа для прислуги так и сновали поварята, готовившие праздничное угощение.