Лабиринт для чёрного пса

 

Гегелох спрыгнул с кобылы, припал к земле. Пусто… Ушли… Не далеко… Жрец растёр траву в руках, понюхал, его голова наклонилась на бок, совсем как у собаки. Дорогая порфировая хламида тянулась за жрецом по земле. Он заложил длинные завитые волосы за уши, чтобы не мешали работе.  

Почувствовав что-то, он вскочил на свою кобылу, шоры на её глазах позволяли беспрепятственно и слепо повиноваться любой прихоти хозяина. Верховный жрец гнал свою кобылу по виденной только ему дорожке, через лес, овраг.

Двадцать всадников следовали за ним.   Они мчались рассыпным строем, растянувшись не только на дороге, но и по её обочине.

— Внимание! — скомандовал жрец, все успели выхватить оружие, когда с деревьев на них прыгнули невысокие люди, одетые в меховые одежды, даже шапки на них красовались меховые, из лис, рысей, волкови все с длинными хвостами и головами зверей над лицом.

Гегелох не ввязывался в бой, он на своей белой кобыле крутился на месте, уворачиваясь от вражеского оружия, пока его спутники дрались.

Сидящих на деревьях бессов[1] отстреляли из луков. Жрец набрал в свой отряд несколько неплохих стрелков из бывших охотников по пушнине.

Передав командование  Менелаю, которому оставалось добить и собрать трупы, Гегелох помчался дальше, пока чувствовал нить. Нужно отловить командира этого отряда, скрывающегося в тени.

Вскоре он почувствовал человека, притаившегося среди деревьев, прячущегося, осторожного и опасного. 

Гегелох поднял кобылу на дыбы, когда из-за дерева вышел… Маржик.

Неожиданная встреча. 

Прибывший в Македонию вместе с александросом Маржик сначала помогал в наведении порядка на границах, разные фракийские народы никогда не давали расслабиться, а хороший врач всегда нужен. А потом Аэрроп поймал врача на краже, тот присвоил себе деньги, предназначенные на восстановление Пеонии, разграбленной персами. 

Гегелох почувствовал, словно его руки трясут и подымают Маржика за грудки, хотя на самом деле этого и не было.

— Как ты мог? — Голос Верховного клокотал от возмущения, — Как?!

— Так, — Маржик пожал плечами, — Я же не верный пёс. Не хозяйский. Мне самому о себе заботиться надо.

— Ты сам выбрал свой путь из всех возможных, — Гегелох не слезал с кобылы и говорил свысока со своим бывшим товарищем, и это того злило. — С кем ты связался, поправ все законы дружбы, гостеприимства. 

— Какие законы, Геша, очнись, в мире уже давно все каждый сам за себя.