Злоключения славного Аджо

— Где Олэйинка? Я рассказал о гонце в город — он исчез. Готто не меньше моего знает о секретах нашей Госпожи в Белом Гнезде, он будет держать ее за горло, а ты — чернь. В вашем плане я — третий лишний.

— Олэйинка в безопасности. — Примирительно произнес Готто. — Друзья, хватит. Мы все сейчас сидим на одном верблюде и если он упадет под нашим весом, то погребет под тушей каждого. Этому городу просто нужен был хозяин.

— У этого города был хозяин. — Зарбенгу сверкнул глазами в сторону трактирщика. — И сейчас он сирота. Вы вообще ничего не знаете о Желтоцветье!

— Я знаю, что этот город уже открывал ворота врагам. — Процедил я ему. — Я знаю, что здесь правила горстка самозванцев во главе с мтавой. И я знаю, что его сторонники всё ещё здесь. Полчаса назад на меня напали. Это ваших рук дело?

Готто сдержанно снисходительно улыбнулся, а Зарбенгу издевательски хохотнул, ответив:

— Даже не знаю, кто бы это мог быть! Быть может, отпрыск местного богача, чья семья столетиями пашет надел, живет в особняке, молится на Запад и не хочет потерять всё только потому, что Клалва рассорились с лунными братьями?

— Или твой фанатичный прихлебатель, Зарбенгу! — Кидаю сквозь зубы.

Зарбенгу кивнул.

— Местная богатая чернь, возомнившая себя бванами, хочет открыть ворота лунным братьям. Простолюдины пожиже работают на их полях и смотрят им в рот. Изгои-отщепенцы — пастухи, которых ты вербуешь — ненавидят их всех, но им плевать на политику.

Я глубоко вздохнул.

— Так где Олэйинка? — Спрашиваю, переведя взгляд с Зарбенгу на Готто.

Трактирщик улыбнулся, как старший брат, видящий первые успехи в своем любимом деле у младшего.

— Я отправил её к еретикам. Они собирались в другом, не занятом Эбеле особняке ушедших бван. Олэйинка смогла войти в круг доверия только убив гонца и отдав им его письмо.

— Из всей их шайки читать и писать умел только покойный мтава. — Хмыкнул Зарбенгу.