Злоключения славного Аджо

Наконечник входит в руку, Тридцать второй взревел от боли и отшатнулся. Густо потекла кровь.

— Стоять! — Рявкаю на их языке. Они замерли. — Тридцать второй, иди к Рудо — приложи травы и сделай зарубку. Пятидесятый... — Задумчиво оглядываю не верящего в удачу дохляка. — Встаешь с Рудо.

Отворачиваюсь и замечаю на себе пристальный взгляд. Из окна второго этажа на меня, насмешливо приподняв уголки губ, смотрит Эбеле. Стройное тело соблазнительно изогнуто, глаза пожирают меня взглядом.

***

— Господин. — Подошедший на тренировочную лужайку стражник поклонился. — Госпожа приказывает вам прибыть к ней.

— Перерыв. — Зычно крикнул я. Вчерашние пастухи тут же тяжело задышали, поигрывая копьями, после чего сели и разгрузили потайные карманы, доставая вяленое мясо и бодяжное пульке.

Пройдя выложенную булыжником дорожку, ступеньки ко входной двери особняка и зайдя внутрь, я увидел стоящую перед столом Эбеле, кокетливо выставившую вперед ножку, откинувшую голову назад и насмешливо глядящую на меня. Стражник поклонился и покинул нас.

— Ты с этим собираешься победить Готто и Зарбенгу? — Ухмыльнувшись, спросила она меня, указав ладонью в сторону окна, за которым на лужайке тренируются вчерашние пастухи.

— Мы вместе с ними уничтожим лунных братьев, моя Госпожа. — Тихо отвечаю. — Скоро эти воины...

— Тшш. — Подняла указательный пальчик Эбеле. — Я не для того искала настоящее оружие, чтобы видеть подобное посмешище. Эти люди в жизни никого не убивали. Они не победят лунных братьев. Никто из нас не победит.

— Уверяю, моя Госпожа, что я не подведу своего Господина. Мы — Клалва.

— А храбрость в воле, да.

Молчу. Эта лисица отходит от стола и, медленно вышагивая, приближается ко мне.

— Волю моего отца и его братьев питает клан. Мы рождены потомками героев, история семьи кует наш стержень. А что кует стержень бродяги вроде тебя?..

Она приблизилась на расстояние наконечника копья, смотря мне прямо в глаза.