Сказ «Верное слово»

Он встревожился, поднялся в комнату к Огнеславу, а тот в горячке весь мокрый лежит да бредит.

- Полюшко… Полюшко… Полюшко…

Бойдан быстро одёжу с него стянул, в одном исподнем[32] оставил да одеялом укутал. Опосля воду вскипятил, отвар из трав заварил, напоил княжича из ложечки, а тот даже глаза не открыл. Побежал Бойдан за помощью. Спустя время Поляна появилась, корову подоила, сена скорёхонько в ясли подкинула да к больному пошла. Бойдан Орлика оседлал да ускакал к травнику, что в соседнем селе был. Поляна к Огнеславу поднялась да стала на лбу ему тряпочки менять.

А тот в жару по постели мечется да всё про полюшко говорит. Видать запало ему в душу за сохой стоять. Так несколько часов возле него она и провела, пока тот глаза не открыл.

- Полюшка, - улыбнулся княжич и попытался сесть.

- Лежи, Огнеслав, горишь весь. Видать застудился на поле, - та его напоила отваром, что Бойдан оставил, да на подушку уложила.

- Почто не приходила? – тихо спросил он её. – Всё ли у тебя в порядке?

- Так я ж, девка деревенская неумытая, боюсь тебя своим запахом потревожить, - в сердцах сказала она ему.

Огнеслав аж дар речи потерял. Ему и так голова тяжёлая, а тут ещё и на душе болеть начало.

- То я не тебя обидеть хотел, а Ждана задеть, - сказал он.

- А задел всё село. Почто сюда приехал, коли нас всех не уважаешь? Я ведь и в коровнике бываю, и к свиньям хожу. Да и в навозе кажны день вымазаться могу, - а у самой губы так и трясутся, того гляди заплачет.

- Прости меня, Полюшка. Не хотел вас никого обидеть.

Никого, окромя Ждана. Он меня невзлюбил с первого дня. Задевает. Напраслину на меня возводит. Вот и Голове соврал. Я его ни разу первым не трогал словами. А он всё побольнее меня уколоть пытается. Что я ему сделал, Полюшка? Скажи мне. Не хотел я тебе больно сделать. И подруженькам своим скажи, что не хотел. Повинись перед ними за меня, прошу, - тихо проговорил княжич.

- Что же ты тогда словами такими разбрасываешься, что за них виниться опосля надобно? Да обидными.

Да кривдными[33]. Словно наш княжич, что люд простой не уважает. Нос выше неба задирает. Али у вас в стольном граде все такие? - вздохнула Поляна, меняя ему тряпочку на лбу.

- Да, видать, мы с княжичем одни такие, Полюшка. Права ты, и мой нос выше неба того задрался. Сам в навозе провонялся, а на других пеняю, - грустно сказал княжич.

- Так по-другому как ты к корове подойдёшь? Как хлев вычистишь? Запах тебе наш не по нраву. Так езжай к своим стольным девкам.