Сказания не лгут

Пользуясь этим, фрейсы стали стрелять по врагу. Атанарих, не целясь, выпустил по толпе пять или шесть стрел, прежде чем снова укрылся щитом, густо утыканным стрелами со свистульками. Толпа эсира – ничуть, казалось, не поредевшая, – подходила к валу. Карабкались на него, швыряли в ров вязанки. Хаки сыпали навесом, и оставалось только смотреть на то, как приближается враг. 

– Суки! – выругался в бессильной ярости Атанарих.

– Не обижай собак, – насмешливо заметил Годасгил, пряча лук и берясь за копьё, – Они кобылы.

 

Атанарих и Валамер коротко рассмеялись. Старая шутка. Ещё осенью Аутари рассказал, что кобылы, это, оказывается, не ругательство: хаки сами себя так величают. Биё. А биё – это на их языке значит «кобылица».

Тем временем хакийские стрелы перестали стучать по щитам: эсир принялся карабкаться на стены. Та подрагивала под их ногами. И хаки теперь стреляли редко и прицельно. 

– К Холле их! – крикнул Атанарих. Не подымаясь с колен (покуда на стенах не будет много хаков, выпрямиться – значит угодить под верную стрелу), сжал копьё, готовый нанести первый удар, едва голова врага появится над краем стены.

 

Вот показалось чьё–то перекошенное отчаянием лицо, и Атанарих ударил, не думая, кто перед ним. И тут же второго сбил – этого он успел разглядеть. По древку побежала кровь. От навеса подскочил Фравита Сойка с парящим ведром. Одна стрела попала в него, но не пробила дублёной кожи доспеха. Не глядя, Сойка плеснул кипяток за ограду. Отчаянный вой – вар достиг своей цели. Да, при такой толпе мудрено промахнуться.

И поделом им! 

Третья голова, показавшаяся над стеной, была в шлеме – и Атанарих выпрямился – теперь хаки вряд ли станут срелять, раз на стене появились их воины! С силой толкнул врага копьём в грудь. Широкое лезвие вошло меж пластин доспеха. 

– Одна готова! – крикнул радостно, и тотчас забыл о своей первой убитой хаке. 

На нём – полтора маха стены. Враги ползут, как мураши. Даже лестницу приставили… Слегка отступив, чтобы удобнее было колоть, Атанарих бил копьём то налево, то направо.

Снова подскочил Сойка и плеснул за ограду кипяток. А Валамер Куница взвыл и скорчился, зажимая лицо руками. Такая была ему неудача – поймал редкую стрелу. К раненому метнулась от навеса женщина в плаще из толстой кожи. Укрыла полой, помогла уйти. Значит, Атанарих теперь оборонял не полтора маха стены, а два с лихвой. А там прислонена ещё одна лестница! 

Страшный удар сотряс стену – это в ворота с разбега били бревном.