Сказания не лгут

 

– Дай Атанариху хотя бы почувствовать, что значит быть воином!

– Пропадёт без пригляда! – охала матушка, мечась по покоям, но вдруг остановилась, щёлкнула пальцами. Что–то надумала! Сердце застывшего в ожидании Атанариха готово было выскочить из груди. 

– А почему бы не попросить Басиана взять Атанариха с собой? Он собирается этой весной к фрейсам за мехами!

Отец некоторое время молчал. Потом произнёс не без издёвки:

– Значит, до этого ты ни в какую не хотела отправлять сына на границу с тацами? А теперь готова сунуть его прямо в пасть к хакам? К бешеным кобылам, которые расчленяют трупы? Греют ноги в распоротых животах рабов и, подбросив вверх младенцев, ловят их на свои копья? Что–то я мало понимаю твои помыслы, Амаласунта.

– Что–то я не заметила, чтобы Басиан вернулся оттуда с распоротым животом! – насмешливо отозвалась матушка. 

Отец расхохотался, ударил в ладоши и плюхнулся назад на постель – кровать коротко крякнула под ним.

Потянул к себе жену – ложе снова надсадно застонало.

– Хитра ты, Амаласунта. Басиан присмотрит за Атанарихом, чтобы тот не слишком бражничал и вообще, вёл себя разумно, – засмеялся Хродерик с явным облегчением. – Что же, будь по–твоему.

Хаки! Воительницы, свирепые, как всадники Кёмпе*! Атанарих снова впился зубами в руку – на сей раз, чтобы не закричать от радости, и стал молить Прях–Куннан*, чтобы они не переменили помыслы отца до утра. Даже мысль, что какой–то мужлан–крекс будет за ним присматривать, не могла отравить его радость… 

 Зря радовался… 

Где они, эти хаки? Недалеко – Атанарих их даже видел – несутся вдоль берега на низкорослых конях, улюлюкают, зарятся на караван.

Но река, по которой идут суда, широка. Кораблей у хаков нет, они ездят на конях. А их ужасные луки тут безопасны. Даже если хакийские стрелы летят дальше, чем стрелы венделлов, какой смысл обстреливать либурны, до которых нет возможности добраться? Больше следует опасаться имеющих быстрые суда фрейсов, или сёров*, но Басиан идёт не один, а с другими купцами. На такой большой караван только безумец решится напасть. Так что опасность, о которой Атанарих наслушался, нанимаясь к Басиану, кажется ему раздутой, словно рыбий пузырь. Не подходить близко к берегу, останавливаться на ночлег на островах, выставлять дозор – и можно спать, как в отцовском доме, ни о чём не беспокоясь.