Яр. КН 3

Староста на покой ушел не потому, что мести Яра испугался. А мстить парню, если вдуматься было за что. Даже ежели не мстить, то обиду держать так точно. В прошлом-то с ним неласково в селе обходились. Да и после того как он сельчан из полона вызволил староста себя с ним не совсем по-человечески повел более беспокоясь о спокойствии сельчан чем о нем.

Из тех же самых побуждений и Ореста старостой единодушно избрали. Как-никак он вместе с Яром жителей деревни из полона вызволял, так что по этой причине должон гнев хозяйский, коль таков будет, слегка смягчить.

Обошлось. Яр о худом не поминал. Да и вообще почитай, что и не жил здесь долго. Он более всего на заезжего гостя походил. Приедет, погостит, да и снова в путь дорогу выправиться. Всем в округе заправляла супружница его Ярина. Да так заправляла, что местные в ней души не чаяли. Хоть и молода да не по годом рассудительна. Коль помощь, в чем нужна, не откажет. Справедлива и в меру строга. Удивительно.

Одному, правда, удивлялись. Любила хозяйка с утра пораньше мечом позвенеть да с лука и арбалета пострелять. Даже на охоту в одиночку выправлялась. А охота дело опасное. Не кожный мужчина на такое отважиться. Зверь лесной в лютости ничем вооруженному воину не уступит, когда за свою жизнь борется.

- Слушай Орест ты пленных где-нибудь у себя в деревне в сарае, каком запри, а то у меня ведь поруба, куда их посадить можно было, нема.

- Об этом не беспокойся. – Махнул рукой Орест. – И сарай найдется. И свяжем, как положено. И стражу даже поставлю на всякий случай.

- То добро. – Кивнула головой Ярина. – И еще одно.

- Чаво?

- Определи у себя на постой и монаха этого заезжего.

- Это почему же ты хозяюшка гостя в свой дом пущать не хочешь? Аль скрываешь чего? – Встрял в их разговор священнослужитель, услыхавший, о чем говорили меж собой Ярина с Орестом.

- Скрывать мне нечего. – Не взглянув на монаха, отозвалась Ярина. – А дело в том, что я женщина замужняя и чужим мужчинам во время отсутствия мужа в моем доме делать нечего. Не хватало мне еще дурной людской молвы. А люди они такие. На пустом месте всякие небылицы навыдумывают, да сами в них и поверят.

- Я слуга божий. – Надулся монах.

- Для меня, ты, прежде всего человек мужеского пола. А слуга ты али нет, то еще проверять надобно.

- Да как ты смеешь.