Кинжал Призрака

Началось оно с взволнованных взглядов, потом переросло в тихие перешептывания и, наконец, уже в разговоры в полный голос. Все не то знали, не то предчувствовали, беспощадная и огромная армия монголов говорит новое наступление. Жена Пенга потихонечку стала намекать мужу на то, что нужно как-нибудь приготовить к худшему. Но Мастер злился и прогонял маленькую женщину. 

Антрес заметил, его друг все меньше и меньше спал, посвящая все свое время созданию вещей. Ассасина немного беспокоило поведение Мастера, но долгое время он не решался заговорить с нем об этом.

Терпение Антреса иссякло тогда, когда он обнаружил жену Пенга рыдающую навзрыд. Заметив Призрака она зло посмотрела на него и прокричала ему что-то на китайском. Антрес не понял, что именно она сказала, но догадался – она винит во всех ее бедах незваного гостя. Как ни странно, юноша понял чувства этой женщины. Жизнь alius так или иначе отрицательно сказывается на обычных людей, окружающих его. Однако нет вины маленькой китаянки в том, что она оказалась связанной узами брака с тем, кому плевать на все подобные обеты. Жалость заставила Антреса взять себя в руки и обсудить ситуацию с Мастером.

- Твоя жена очень взволнована, - стараясь не придать голосу осуждающих или требовательных интонаций, сказал Антрес.

- Эта женщина не моя жена. Она жена Пенга, - Мастер даже не поднял глаз на Антреса.

- Неважно, - Антрес не собирался быстро сдаваться. – Этим людям, семье Пенга, нужно помочь.

- Мне некогда, - опять последовал короткий ответ.

- Я мог бы сопроводить их в безопасное место. В какое-нибудь убежище, где они могли бы переждать грядущую войну. 

- Нет.

Антрес оторопел. Он ожидал любого ответа, кроме этого бесчувственного «нет».

- Нет? – переспросил ассасин, не желая верить своим ушам.

- Важно, чтобы ты остался со мной, - пояснил Мастер.

- Но семья Пенга погибнет! – не унимался Антрес. 

- Я знаю, - равнодушно ответил Мастер. – Они в любом случае погибнут. Если ты уведешь их от сюда, они проживут от силы дольше на несколько недель, но умрут они более мучительной смертью.

Я понимаю твои чувства, мой друг. Эти люди приглянусь тебе и ты начал их жалеть. Но право не стоит. У меня для тебя есть более важное задание.

- Какое? – нахмурился Антрес.

Впервые с начала разговора Мастер отвел взгляд от очередной побрекушки, над которой он работал. Он посмотрел на Антреса так же, как он смотрел два с половиной века назад: с отеческой серьезностью и накопленной за века мудростью.