Кинжал Призрака

На палубе уже мало кто ошивался, но команда еще не спала. Моряки сидели в кубрике и травили друг другу байки о знойных портовых девках и прочей ерунде.

- Так вот, ведет меня эта красотка в красном корсете наверх в комнаты... – рассказывал сальную историю Хуан Кордеро, бывалый морской волк. – Антрес, хитрый пес, что ты здесь делаешь? У тебя же дежурство. Решил дезертировать?

- Просто замерз, - отмахнулся Призрак. – Ночи стали заметно холоднее. 

Антрес взял одеяло со своей подвисной кровати, закинул его на плечо.

- Уж не слишком ли мы загнули на север. Как бы Японию не проскочили, - невзначай бросил юноша, уходя.

Антрес не видел лиц моряков, но что-то ему подсказывало, семена слуха вскоре дадут богатые всходы. Следующие два дня он получал невероятное удовольствие, наблюдая, как идея о «пропущенной Японии» плавно переходит из разговоров, ведущихся полушепотом, до бурных обсуждений. До ушей Кристобаля обрывки разговоров конечно же долетали, однако он не воспринимал их всерьез, пока команда поставила его перед фактом – нужно взять на юго-запад.

Колон пытался спорить, но что-то очень убедительное было в манере команды добиваться своего. Перед тем, как сдаться, Кристобаль посмотрел на Антреса и спросил:

- Что нам нужно взять курс на юго-запад?

Антрес вместо ответа просто кивнул. Чувство, говорившее ему, где находится Мастер срабатывало лучше всякого компаса. Мастер был по-прежнему не очень близко, но следовало взять южнее, чтобы добраться до него по наиболее прямому пути.

 Не прошло и недели, как корабли огласил самый желанный для любого моряка крик: «Впереди земля!» и утром следующего дня Кристобаль Колон высадился на берег, чтобы сразу же объявить эту землю владением Испанской короны.

 

Антрес отнесся ко всему происходящему весьма неоднозначно. С одной стороны, полностью подтвердилась гипотеза Виттории. С другой – интуиция говорила ему, что-то здесь не так. Не может быть, чтобы ключ в местонахождении Мастера заключается в острове, населенным дикими людьми, что не носили одежды.

Мастер всегда появлялся при цивилизации, как некоторое отражение человеческого прогресса. А прогресса в смуглых людях, чьи тела были разрисованы странными узорами, Антрес не замечал.

Позже три корабля свернули к югу, что было немного не в направлении Мастера, но Антрес молчал. Он пытался разобраться. Антрес наблюдал за новыми землями и людьми, которые так доброжелательно относились к белокожим пришельцам. Его пугало стремление Кристобаля найти золото.