Танец сомкнутых век

Так может быть, не так уж он и хорош? Может быть, он не стоит того, чтобы его спасать?

Винбарр желчно смеётся:

«Тогда, может, и ты — не тот бог, что заслуживает жизни? Раз даже та, что так яростно защищала тебя, после сама вонзила нож тебе в сердце?»

Стальное лезвие с сухим хрупаньем ломается в сжавшемся кулаке, брызжет окровавленными осколками промеж пальцев. Он не чувствует этой боли. Её погребает под собой другая — во сто крат сильнее.

Константин невидящим взглядом смотрит на располосованную ладонь, глубоко и медленно вдыхает.

— Вот и узнаем, — растягивает он уголки губ, хотя незримый собеседник не увидит его улыбки, разве что ощутит её фальшь. — Я обязательно спрошу её, имела ли она в виду именно это.

«Её здесь нет, безмозглый ты андриг. Она сделала, что должна была, и сбежала обратно на вашу мёртвую землю, которую вы зовёте «континент». Потому что ей тут не место. И тебе не место. Никому из вас, проклятые собственной землёй renaigse».

— Так вот почему я не могу найти её…

Константин шумно выдыхает и принимается аккуратно вытирать окровавленную ладонь неровно отрезанным куском ткани, затем шарит в траве, выискивая обломок лезвия покрупнее.

— Знаешь, а ведь ты прав, — он снова улыбается. — Мне действительно нужен континент. И я обязательно приду туда. Когда заберу отсюда всё, что смогу взять.

Да. Он заберёт. Только не для того, чтобы править островом. Нет. Он заберёт его весь. Заберёт вместе с Тысячеликим богом.

Четвёртый, восьмой, десятый: он перестаёт считать Хранителей, перестаёт считать подчинённых его разуму зверей, незримо всюду следующих за ним.

«Ты нарушишь все законы течения жизни, пёсий ты выродок», — шипит Винбарр, когда Константин идёт к подножию вулкана, к святилищу Креденес — обиталищу Тысячеликого. Туда, где уже был, где почти смог довести дело до конца. Почти смог.

Константин не слушает его.

Он идёт несколько дней, не останавливаясь на ночлег и отдых, по пути устанавливая всё новые и новые кровные связи с островом. Он почти не чувствует усталости — ему жаль лишь времени. 

Он мог бы добраться быстрее, если бы ехал верхом. Но лошадей в его распоряжении нет. Леволаны, вайлеги или ланврасы совершенно не годятся для верховой езды.