Игла бессмертия

— Как же? Но что со мной будет там? — Найдёнова отстранилась и поймала взгляд собеседника.

— Вам придётся пожить в крепости под стражей, пока я не выполню поручение и не вернусь.

— Но если с вами что-то случится?

— Право, об этом я не подумал. Но я могу составить два письма.

— Ах, это всё так эфемерно...

— Простите, но мне нечего больше вам предложить.

— О, Георгий Петрович, вы и так уже очень много сделали для меня, и я благодарна вам.

Найдёнова подалась чуть ближе к Воронцову, а янтарные её глаза, кажется, заполнили собой всё пространство.

Поцеловать её, утешить, дать надежду на скорое избавление! Мужская суть души рвалась к этому, да так, что в глазах заклинателя появились золотые искорки.

Но нет, он не мог, ему необходимо ехать...

Мгновение было упущено, Катерина потупила взор, отстранилась.

— Конечно, я согласна отправиться туда, куда вы скажете. Через два часа я буду у двери трактира. — С этими словами она повернулась и ушла к коляске.

В расстроенных чувствах Георгий отправился вслед за Найдёновой к трактиру.

Досада на себя не проходила.

«Что стоит мне самому сопроводить её? Так ей будет спокойнее, да и мне тоже. Что может произойти там, в Берёзовке? Ну пропьют солдаты дорожные деньги, ну разыщут себе кумушек, обживутся. Неделя не срок, да и вряд ли найдётся там что-то действительно важное. Глупо подвергать барышню опасности из-за своекорыстия и химер в голове».

Он уже хотел окликнуть свою подопечную, когда его самого окликнул Тихон:

— Ваше высокоблагородие, Георгий Петрович, не вели казнить! — С этими словами слуга повалился на колени.

Невиданное дело.

— Это что за «spectacle»? А ну-ка встань.

— Нет-нет, батюшка барин, виноват я, ой, виноват.

— Какой ещё батюшка барин? Ты пьян, что ли?

— Ой, был бы пьян, так какой спрос, а я... я... Нет, не мог я сам... — заговорил Тихон сам с собой, — не мог. Околдовала, опоила и меня тоже! — Тут он поднялся и, таращась в глаза Воронцову, продолжил: — Нашёл я ведьму, барин, нашёл!

Прасковья стряпала пирожки для бабки и напевала себе под нос песенку:

Вьётся сумрак по углам,

Тень летит крылата.

Приманю я на постой

В дом к себе солдата.

В баньку я его свожу —

Выпарю изрядно.

На перины уложу —

Приласкаю ладно.

И душою прикипит

К ведьме тот солдатик.

Всех забудет, всем простит

Станет мой, касатик.

Всё исполнит, что скажу,

Поперёк нет речи.

День как люди проживём,

Ночь украсят свечи.

Приберу его года,

Откуплюсь от смерти.

На покой ему пора,

Ведьме вы поверьте.