Мир шута и трубадура

– Наверное, там чудесно! Но разве вы никогда не скучаете по большой земле, по остальным людям?

— По правде говоря, ваши люди почти не стоят того, чтобы по ним скучать, — сказала Инджи, и улыбка ее стала зловещей. — Но мы путешествуем не только по морю, но и по суше...

— Как?! — воскликнула девочка. — Почему же никто никогда не видел русалок на суше?

— Потому что люди считают, что русалка непременно должна быть с рыбьим хвостом — но скажи-ка, разве ты видишь у меня рыбий хвост, или чешую? Если я облачусь в ваши одежды, никто не отличит меня от обычной женщины.

Когда мы ходим по земле, мы стараемся во всем подражать обычаям людей, и есть русалки, которые побывали во многих странах, оставаясь неузнанными, и изучили много человеческих языков. Научиться носить человечью одежду легко, куда труднее понять людские нравы и законы. Например, никому из русалок и в голову бы не пришло отдавать прекрасные картины, интересные книги и даже собственных детей за красивые шарики, которые вы называете жемчужинами. .. Но уж коли вы, люди, питаете такую страсть к подобным безделушкам, русалки берут с собой побольше жемчужин и свободно гуляют по земле, дивясь на странные обычаи людей. Ведь среди русалок много таких, которые родились на нашем острове, и все это им в диковинку.

— Нет, я просто должна побывать на вашем замечательном острове! — пылко воскликнула девочка.

— Так за чем же дело стало? — спросила Мать Русалок, подплывая совсем близко. — Дельфины к нашим услугам.

Иногда мы плаваем и одни, но с дельфинами можно передвигаться куда быстрее.

— Так я иду, — сказала девочка, но задала еще один вопрос:

— А почему дельфины соглашаются вас возить? Потому что так им приказал морской дьявол?

— Ну что ты, — ответила Инджи. — Я ведь уже объяснила тебе, что все рассказы про дьявола — гнусная клевета. А дельфинам мы платим, доставляя им любимую еду.

— Какую же? — сгорая от любопытства, спросила девочка и спустилась к самой воде.

— Маленьких человеческих детей! — ответила Мать Русалок, схватила свою собеседницу и бросила ее в жадно раскрытые пасти морских зверей.

1514 г

Из предисловия к переизданию 1812 года: «Столь нравоучительная концовка не помогла Донике Леймицу, как не помогло ему и то, что он посвятил труд своему покровителю, герцогу Эральскому. Книга Леймица была изъята сразу после выхода в свет, и лишь заступничество герцога спасло автора от суда Святой Инквизиции.