Кровь Меровингов

«Взрослая совсем стала, - сэр Бернар ухмыльнулся в бороду. - Пора замуж. В самый раз!» Отдав появившемуся Гийому добрую дюжину указаний, граф пустился в раздумья и расчеты.

Справедливости ради, надо отметить, что графский замок содержался в идеальном состоянии. Однако поднятая на рассвете прислуга бросилась с недюжинным энтузиазмом исполнять повеления своего господина, заново отдраивая каждый угол. Служанки носились по многочисленным комнатам, скобля деревянные столешницы, выбивая флорентийские ковры, вытряхивая бархатные занавеси и осторожно сметая невидимую пыль с изящной утвари, удачно награбленной предками Арманьяков, купленной в странствиях либо у бродячих торговцев.

Холода не успели еще прийти в этот благодатный край, но все камины вычистили и протопили. Запахло свежей древесиной, и весело рвущийся ввысь огонь оставил свежую копоть в мощных каминных дымоходах, разливая уютное тепло по залам. Домашнюю часовню украсили цветами и душистыми травами. На алтарь выставили все святые реликвии, как делали только в самых торжественных случаях.

В нишах высоких коридоров и переходов с мрачными каменными сводами пыхтели слуги, натирая стальные рыцарские доспехи и геральдические гербы на щитах песком до блеска.

Вся эта ранняя суета разбудила Луизу - шестнадцатилетнюю дочь сэра Бернара. Она в который раз видела один и тот же сон: закованный в серебряные доспехи рыцарь печально всматривался в нее. Девушка не выдерживала его взгляда.

– Кто ты? - спросила она рыцаря. Тот молчал.

– Уходи! - просила, требовала, уговаривала его девушка, но рыцарь будто бы не слышал ее. Не слышал или не хотел отвечать. Потом он сам растворялся в ночи, и она просыпалась.

Вот и сейчас Луиза в очередной раз очнулась от власти знакомого сновидения. Она открыла глаза и потянулась, выгнув гибкое тело. Меховое одеяло окутывало теплом и дремой. Вставать не хотелось. Пол был очень холодным.

Рассвет едва-едва стал сереть за окнами, а замок гудел, как рой диких пчел. Шум за дверями окончательно прогнал ее сон.

Было слышно, как слуги бегут по коридору. Зазвенело железо. Скрипнули двери. Кто-то уронил деревянную бадью. Раздалась приглушенная перебранка. Опять донеслись быстрые шаги.

Соскользнув с постели, Луиза накинула подбитую белкой широкополую длиннорукавную накидку из дорогого переливающегося материала и выглянула за дверь.

– По какому поводу весь этот шум? - спросила она у проходившего мимо слуги.

Тот остановился, почтительно кланяясь.