Не храни, да не храним будешь

Не те уже умы у заседателей, не те… Простое решение никак принять не могут! Но это я так, к слову, поворчать по-стариковски…

Нам, хранителям старой ещё формации, вроде и скучно в бесконечности, и хочется чего-нибудь новенького порой, но скуку можно перетерпеть, а вот если начнётся что-то непредсказуемое, тогда столько работы будет, что уработаемся до бессилия! Всё горе и веселье ведь нам, хранителям, разгребать, как уже много раз было.

Теперь собрались вместе все хранители и подмастерья в небытии, ждут решения, переживают.

До горизонта толпа. Смотрят с тревогой на чёрный дым, что валит и валит из камина заседателей. Раз чёрный, значит нет ещё решения, ждём-с, тревожимся: до белого дыма ничего не поделать, кроме как ждать и тревожиться. Им не помочь — они сами по себе.

— Мало заседателям в этом году печей, — сетуют хранители. — Целый материк спалить приходится, чтобы им решение принять!

— Только бы не война, только бы не война! — причитает хранитель посерее.

Да, многие готовы к перевесу тёмных событий, но небольшому, так чтобы слегка планету потрясло.

Извержение какое-нибудь не ужасное, или цунами небольшое, или взрыв несильный. Помним ещё Вторую Мировую, когда даже верховных заседателей, пришлось в ополчение забирать, чтобы обеспечить транспортировку душевного материала к месту света. Ох, и битвы тогда были — ни сна, ни отдыха! Зависнешь на секунду, тёмные тени шасть, и утащили у тебя душу. Гоняешься потом за ними по всей вселенной, усталый, измотанный, уговариваешь людей, как можешь. Тёмные проворные, отоспались, наелись — поди их догони. Им допинг любой можно — они без правил играют, а мы, бедолаги, на одной амброзии и выживаем, кроме тех, кто в дирижёры готовится и на белковой диете лебединой сидит. Но они не в счёт — они не при делах. А пропитание амброзией, может олимпийским богам подходило, когда на планете людей по пальцам рук хранителей перечесть можно было, а теперь наплодились миллиарды, как за всеми угнаться? Я вот недавно понял, что мясоедение нам вполне годится, и сил от него в достатке, только тссс — это я в обход правил из-за своей мухобойной охоты узнал. А тогда так и теряли мы, усталые, душу за душой, и штрафы получали, и взыскания, и серыми в наказание становились надолго, без права претендовать на белый «почти ангельский» цвет. Я вот до сих пор серый — отвлёкся не ко времени, упустил целый эшелон душ на тёмную сторону, за это на сто лет и наказан. Ну вот и признался.