Дело огня

Асахина понемногу закипал – и это было весьма кстати. Гнев – умеренный, не застящий глаза – хороший союзник в бою.

Они остановились перед зданием конторы. Асахина обратил внимание на жеребца у коновязи. Высокий конь – инженер плохо разбирался в европейских породах, – темно-серый, как грозовая туча, сильный и нервный. Шкура его лоснилась – и слуга обтирал это страшное животное, стараясь держаться подальше от зубов.

Господин Уэмура приехал только что.

– Кто идет? – окликнули с плотины.

– Маруяма.

Эти люди не были беспечны.

Просто солдаты, а не бойцы. Знают то, что им положено знать, знают хорошо. Расположились правильно, винтовки держат, как надо, но снимать их отсюда было бы чистым удовольствием.

– Почему один?

– Отправили назад, проверить, что за шум. Там вагонетка перевернулась, пустая, – он вообще-то не был обязан отвечать, но для охранника из провинции солдат – уже начальник.

– А что она там делала? – допытывался солдат.

– Наверху пожар, – голосом Сайто дал понять, что ему совсем не хочется объясняться, но так и быть.

.. – На шахте. Добро это вниз толкнули, чтобы от огня уберечь. Одна докатилась вон дотуда – и упала. Всё. Я пройду, что ли?

Он прошел бы через этих олухов в любом случае, но не хотелось начинать прямо сейчас.

– Проходи, – кивнул часовой.

– Спасибо.

Он пошел по дамбе, быстро, не глядя по сторонам, как человек, который ходит тут каждый день. Да ему и не нужно было смотреть – все присмотрено еще в первый раз.

Итак. Под ногами – плотина. Ниже плотины – ручей, который довольно легко перейти вброд и через который проложен невысокий деревянный мостик.

На берегу ручья – сушилка, угольная яма, пропиточный цех, там же бараки работников. На другом – контора, склады и станция.

Наверху полыхнуло неплохо – интересно, как будет внизу.

Точка вспышки. Хорошее выражение. Мы прошли ее в год Гэндзи. Температура поднималась, давление не уменьшали и где-то там в глубине – наверняка я представляю себе неправильно – возникла белая точка, размером с игольное ушко.

И те, кто остался жив, очнулись через пять лет и не узнали пейзажа. А некоторые – и себя. Как Сано. Ноги и возможность отомстить... это тоже потому что огонь. Ему нужно где-то гореть, он не разбирает, человек не всегда может за ним успеть. Ноги и месть – мне бы это не подошло. Месть не имеет смысла. Иногда приходится хлопать дверью, не так ли, фукутё? Но это другое, это часть войны, вернее, часть спора. Хочешь, чтобы твои слова прочли, – напиши их кровью.