Паломник. Том 2

Он намерен был проучить не только своего племянника, но и всех, кто последовал за ним в поход по Киликии. С трудом отыскав своего покровителя в стане норманнов, Пётр долго ждал, когда Вегейр обратит на него внимание. Заметив юношу возле стены крепости, он оставил окружение и неторопливо приблизился. Бросив вопросительный взгляд, произнёс:

— Ты что-то хотел?

Пётр, постарался сжато изложить свою просьбу, наблюдая, как мрачнеет лицо норманна. Ответ Вегейра ещё больше озадачил юношу:

— Я не могу его принять. До сих пор жалею, что поддался уговорам и отдал вам пленника.

Он внёс разлад в нашу армию. Разве сам не видишь, что происходит?

— Мы не знали, что всё так обернётся, — неуверенно возразил Пётр.

— Даже не сомневаюсь, но принять твоего друга обратно не могу, иначе сам попаду под горячую руку князя.

— Выходит, выбора нет?

— Выбор всегда есть, — усмехнулся Вегейр. – Ты можешь остаться, а твой друг пойдёт в конце колонны, либо составишь ему компанию и лишишься места.

— Я не могу оставить друга, — не задумываясь, ответил Пётр.

— Я так и знал, — Вегейр покачал головой, — могу только пожелать удачи. Я определю вам место и постараюсь приглядывать, но рассчитывать теперь вы можете только на себя.

— Спасибо.

— Да не за что, — усмехнулся норманн, — постарайтесь первое время не попадаться на глаза сеньору. Думаю, скоро об этом все забудут, но расслабляться не стоит.

Возвращаясь к Андрею, юноша думал, что не на такой результат он рассчитывал и не знал, как об этом сообщить другу. О порядках, точнее об их отсутствии в арьергарде он был наслышан.

Мало того что замыкающим приходилось идти по разбитой дороге и на отдых отводилось меньше времени, на привалах пеших воинов часто использовали для охраны, а всадников – для разведки.

Несмотря на близость к обозу, которым обрастала любая армия по мере продвижения, снабжение замыкающих колонн велось по остаточному принципу, а доля в трофеях зачастую была меньше. После ближнего круга князя, подобное назначение можно было считать походной ссылкой, в которую обычно отправляли провинившихся или ослабших от болезней воинов.

С другой стороны, удаление от князей было на руку. С первого дня Пётр усвоил, что каждый раз, когда оказывался вблизи предводителей, неизбежно следовали неприятности.

Утешая себя подобными мыслями, Пётр не заметил, как оказался на окраине, да и переживания оказались напрасными. Внимательно выслушав, грек кивнул в знак согласия и посетовал:

— Ты не обязан идти на такие жертвы ради меня.