Европейский гамбит

Мы успели поесть, кормили здесь не так уж и плохо, и опустошили глиняный кувшин с пивом. К этому моменту вернулся Себастьян.

– Дела не так плохи, как можно было подумать. Мне посчастливилось кое что разузнать. Нам нужно будет встретиться с одним господином, который поведает нам все, что знает о произошедшем в ганзейском дворе, – фон Вормсвирген не садился на лавку, а стоял наклонившись к нам, чтобы можно было тихо говорить.

Пинок сзади заставил его ткнуться головой в тарелку, на которой грудой были сложены кости – остаток нашего с Дитрихом обеда.

Кое кто из посетителей расхохотались. Правда, негромко, да и смешки сразу стихли. Себастьян, красный от возмущения, оттолкнулся от стола и развернулся к обидчику. Мы продолжали сидеть на своих местах.

Перед Себастьяном стоял невысокий голландец, богато одетый, и тоже не безоружный – на боку его в кожаной перевязи висел меч. Был он невообразимо пьян, его даже покачивало из стороны в сторону. За спиной обидчика маячила троица его дружков – может, сынки богатых семей, ищущие себе развлечений в подобных местах.

По крайней мере, для здешнего места они выглядели совсем неподходящими посетителями.

– Соблаговолите дать объяснений сейчас сами, сударь, если не желаете, чтобы вас заставили это сделать позже!

Себастьян не обнажал оружия, намереваясь словесно задавить обидчика, используя несколько имен знатных людей, с которыми был знаком в Амстердаме. Голландец воспринял это как признак слабости и выхватил меч из перевязи.

– Да ты, собака, знаешь, кто я? Да я!.

. – он нанес удар, от которого достающий свою шпагу Себастьян ушел плавным движением. Следующий удар фон Вормсвирген слил по клинку в сторону, оказался справа от противника и нанес свой. Лезвие вонзилось в левую ногу голландца, раздробив коленную чашечку. Он упал на колени, одной рукой зажимая рану, а в другой сжимая меч, которым пытался прикрыться от удара сверху. Себастьян пнул его носком сапога в солнечное сплетение – противник упал на пол, уткнувшись лицом в доски. Он пытался что то сказать, но не мог, и только хрипел.

Я выхватил меч и бросился на помощь Себастьяну, к которому опасливо приближались еще двое голландцев. Четвертый стоял за их спинами и возился с чем то, висящим на его поясе. Они были вовсе не так пьяны, как хотели казатья.

Из за моей спины грянул пистолетный выстрел. Дитрих застрелил одного из тех двоих, что собирались наброситься на Себастьяна. Голландец, стоявший поодаль, поднял руку – в ней тоже был пистолет.