Генезис Бессмертного

Затем, подойдя к женщине, без какой бы то ни было нежности, и тем более намека на эротизм, прокусил и её горло.

-Хирург… ещё лучше! –жмурясь, как сытый и довольный жизнью кот, воскликнул Кощей, попутно латая Надежду.

-А теперь, вы забудете, что вообще когда либо, меня видели. –вибрирующим, суггестивным голосом, проговорил волшебник Смерти, обращаясь ко всей семье разом.

После чего, не дожидаясь, когда семейство придет в себя, используя скорость присущую телу Навьего, исчез с глаз.

Эпилог

5 июня 1946 года, среда; город Москва.

На дворе был тёплый летний вечерок. Лучи, ещё не спешащего садиться солнца, отражались от витрин, ласкали крыши домов и слепили прохожих. По широкой улице Горького, неспешно двигались автомобили, в основном изделия отечественного автопрома, по лобовым стёклам которых, задорно прыгали солнечные зайчики. Многие люди спешили домой после работы, для других, трудовой день только должен был начаться и только очень немногие, просто прогуливались.

В унылом потоке машин, одна очень разительно выделялась. Это был ярко-красный, с металлическим отливом Mercedes – Benz 770, тип кузова кабриолет. Очень немногие, особенно в этой стране, могли похвастаться подобным автомобилем. В частности таким, как этот, за исключением цвета и некоторых незначительных деталей, владел кайзер Вильгельм 2-ой. На облицовке радиатора и задних дверцах этой машины, были серебряные драконы, и даже водитель, сидящий за её рулём, не знал, что это символ рода молодого мужчины, который в данный момент, находился на заднем сидении.

Любой из прохожих, кто бы обратил на него внимание, мог с уверенностью заявить – сынок кого-то из номенклатуры. Презрительно добавивши, стиляга или, как они себя называли сами – штатник. И были бы кардинально не правы. Ведь единственное, что объединяло сидящего на заднем сидении, с представителями этой молодёжной субкультуры – это без компромиссная ненависть, к буквальной и фигуральной, советской серости.

К слову, одет, этот молодой мужчина был стильно и даже, в некотором роде ярко. Ни одна из вещей на нём, не являлась «СовПаршивом». Все детали его образа, были сшитыми на заказ, по персональным меркам. Ступни его были обуты в темно-синие, замшевые броги, на каучуковой подошве.