Молоты в лаврах

Кавалерист, сидевший у раненого Левандовского начал молиться, надеясь, что полевой хирург ещё не успел покинуть город.

А генералу тем временем становилось хуже. Началось кровохарканье, затруднилось дыхание, сознание так и не возвращалось. Генерал мог уйти из жизни буквально в любой момент...

Наконец, конвой добрался до медпункта, где и должен был быть полевой хирург. Как оказалось, раненые уже начали эвакуироваться, едва ли не в числе первых, а вот персонал и не думал уходить. Это была большая удача!

Подхватив своего генерала на руки, кавалерист понёс его в сторону медпункта.

В этот момент с Левандовского на землю упала его фуражка, несколько отличавшаяся от той, что носил его товарищ вице-генерал Шарнхорст. Другой генеральский охранник тут же поднял её и последовал за раненым генералом.

Медицинский пункт города Кёрулеуса представлял из себя двухэтажное здание из дерева и камня, рядом с которым вырос небольшой палаточный городок. Раненых почти не осталось, лишь несколько тяжёлых, с которыми работал здешний персонал.

Кавалерист с генералом на руках шумно ввалился в здание медпункта, умоляя о помощи. Местный медбрат, сидевший на приёме у входа тут же сбегал за врачом. Вскоре в коридоре появился заветный хирург, что удивительно, с татуировками на руках! Кто был этот человек вне больничных стен, совершенно не ясно, впрочем, и неважно. Он был довольно таки немолодым человеком с сединой на висках. Лицо его было закрыто медицинской маской, и лишь по его уставшим серым глазам можно было как-то судить о его эмоциях.

Увидев кавалериста с бессознательным генералом на руках, хирург, приказал нести его в комнату, что была напротив той двери, из которой он только что вышел. Медбрат открыл деревянную дверь. Первым в комнату вошёл хирург, затем кавалерист с раненым Левандовским, а последним зашёл и сам медбрат, сказав генеральскому охраннику с фуражкой и ещё нескольким таким же конвоирам оставаться в коридоре.

Комната, в которой оказался раненый Левандовский, походила на полевую операционную. Видимо, таковой она и была.

Медбрат на пару с кавалеристом раздевал генерала, а хирург тем временем готовил всё необходимое для предстоящей операции. Хотя перед ней ещё, разумеется, должен был быть осмотр, чтобы понять, что, собственно, следует делать. Беглый осмотр было поручено провести медбрату.

- Герр Тифф!- обратился он к хирургу.- У генерала зафиксированы переломы левых третьего, четвёртого и пятого рёбер и рубленая рана в области левой половины груди ближе к грудине.