Графиня

Вокруг стола с белоснежной скатертью и роскошным букетом из свежих цветов посередине суетилась его жена и накрывала к завтраку. Даже служанку не потрудилась взять себе в помощницы. Все делала сама. Собственноручно.

— Графиня, вы сегодня встали необычайно рано! — воскликнул мужчина и, будто устыдившись своей несдержанности, добавил чуть менее экспрессивно: — Никогда не замечал за вами подобного рвения.

— И вам доброе утро! — без всякой неприязни поприветствовала она. Чем снова удивила. Неужели день обещает начаться не с очередного скандала? А то за последние месяцы гранд успел отвыкнуть от частых семейных ссор, возникающих буквально на пустом месте, и постоянной вражды между ними.

— Присаживайтесь, граф. Я не только встала рано, но и приготовила для нас завтрак.

— Я невероятно поражен! — на лице его сиятельства проскользнуло легкое замешательство. Что-то она слишком спокойна. На редкость спокойна. — С вами точно все в порядке? Ничего не случилось за время вашего длительного отсутствия? — подозрительно уставился он на нее.

— Да. Все отлично. Просто я решила немного поменять свой образ жизни.

Антуан на ее ответ лишь скептически хмыкнул. Как-то не верилось в подобное заявление. Он молча подошел, отодвинул резной стул с высокой спинкой и сел за стол, внимательно наблюдая за Эльзой, которая уже заканчивала с расстановкой утреннего сервиза.

Первое, что сразу бросилось в глаза, — ее движения настолько уверенные и скоординированные, отточенные до автоматизма, будто всегда это делала.

Всю свою жизнь. Чего никак, по сути, не могло быть. Когда только успела научиться?

Молодой сеньор из любопытства принялся более досконально разглядывать свою пару, продолжая подмечать в ней что-то новое, совершенно для нее не свойственное. Особенно это касалось внешности.

Сегодня она также, как и вчера на празднике, разительно отличалась от той женщины, которую он знал еще до ее отъезда и привык видеть. На лице легкий макияж, подчеркивающий нежные и без того прекрасные черты, никаких вызывающих и броских красок.

Волосы аккуратно уложены в изящную прическу с пучком на самой макушке головы, которая считалась нынче модной в кругу светских львиц. Ни один волосок не торчал в сторону. Платье на графине домашнее, из темно-зеленого бархата. Опять же все закрыто. Рукава в три четверти, идеально подчеркивающие хрупкость и красоту рук. Кружевной воротник до самого горла, как и полагается добропорядочной и замужней сеньоре.