Графиня

Но что удивительно — она хорошо помнила то, о чем говорила. Голова словно очистилась от лишнего и ненужного, мысли прояснились. Всякие сомнения исчезли, а на смену им пришла твердая уверенность. Память пробудилась и окончательно к ней вернулась. Графиня во всех подробностях вспомнила свою прежнюю жизнь. Она щедро заплатила доктору за помощь, взяв с него слово молчать об услышанном. Тот клятвенно заверил ее в этом. Донья попрощалась и незамедлительно покинула его кабинет.

Часть 5. Я — не я!

Назад аристократка вернулась ближе к вечеру.

Едва извозчик подъехал к крыльцу особняка, она мгновенно выпрыгнула из пролетки и кинулась по ступенькам к парадным дверям. Эльза не вошла, а практически влетела в дом. Девушка хотела промчаться в спальню, но ей на дороге к лестнице попалась служанка.

— Донья Эльза, ваш супруг уже давно дома. Только он не один: с ним гость. Граф сейчас принимает его в кабинете. И…

— Меня ни для кого нет, — отрывисто бросила сеньора, бесцеремонно прервав горничную.

— Даже для мужа.

Графиня под недоумевающим взглядом Греты стремительно взбежала по лестнице на второй этаж и ринулась к своей комнате. Как только она оказалась в спасительной тишине и полном одиночестве, заперла дверь на ключ и припала к ней спиной. Слезы душили ее, нервная дрожь колотила все тело. В таком положении женщина простояла несколько минут. Потом она вытерла слезы тыльной стороной ладони и шагнула вглубь своей спальни. Машинально скинув с себя пальто, которое пришлось надеть из-за дождливой погоды, вынув булавки и отбросив шляпку, а затем и сумочку, Эльза нервно заметалась по личным апартаментам.

Взгляд ее случайно упал на большое ростовое зеркало, стоявшее на полу в полумраке. Она резко замерла, но через мгновение неторопливо приблизилась к амальгамной поверхности, внимательно вглядываясь в свое отражение.

— Боже мой! Что за силы сотворили со мной это? Выходит, что это тело вовсе не мое! Не мое! — графиня прикрыла лицо ладонями. — Какой ужас! Значит, все это тоже не мое… — молодая женщина обвела комнату вновь увлажнившимся взглядом.

— Все это не моя жизнь! Это не моя комната, не мой дом! Все это чужое! И мне не принадлежит. А… Антуан… — при мысли о нем голос невольно задрожал. — Он вовсе не мой муж! Что же мне делать? — снова забегала она по комнате, заламывая руки. — Как мне быть? Я ведь уже люблю его… Причем, полюбила с самой первой нашей встречи. С того момента, как едва взглянула на него.