Путешествие на Восток

Массивный перстень на ее пальце рассек мне кожу на скуле, но это оказалось сущей мелочью по сравнению со шквалом боли, которым взорвалась моя голова. Я, едва не потеряв сознание, повалился на выщербленный каменный пол. Подняться я даже не пытался, и не только потому, что не было сил. Какой смысл вставать, если от очередного удара вернешься в прежнее положение? В том, что избивать меня будут долго, особых сомнений я не испытывал.

— Ты, кусок грязи, плохо понимаешь, с кем имеешь дело, — прошипела она мне в ухо, вновь больно вцепившись цепкими пальцами в мои волосы.

— Меня зовут Ида, и я здесь королева. Лучше бы ты не злил меня.

— Что тебе нужно? — невнятно спросил я, едва ворочая распухшим языком.

— Твое имя.

— Игнотус из рода Певереллов. — Я постарался вложить в свой ответ как можно больше спокойного достоинства, но вряд ли произвел должное впечатление, безвольно валяясь на полу с разбитым лицом.

Зрение понемногу восстанавливалось. Я уже мог рассмотреть выщербины и глубокие царапины на красноватом мраморном полу, искрящиеся в солнечном свете на изломах.

Мучительное движение внутри головы тоже, кажется, уже не причиняло таких страданий, как поначалу, и теперь у меня появилась возможность подумать, не теряя сознание от боли. Ситуация, конечно, — почти безнадежная: головорезы определенно не намерены выпускать меня живым, и с этой проблемой мне следует разобраться в первую очередь. Однако не все настолько плохо. Если пираты заняты мной, не собираясь атаковать стоящий на якоре «Святой Иаков», значит весь их флот не на острове, и моим братьям не придется выдерживать очередной бой в неравных условиях.

— Так-то лучше. Как вы нашли нас? — не меняя интонации, спросила Железная Ида.

— Мы вас не искали. Нас привел сюда… один человек.

Ее пальцы медленно, почти ласково, погрузились в мои волосы, и в следующее мгновение я почувствовал, как мою голову с неженской силой выворачивают назад. Я беспомощно забился, в любое мгновение ожидая услышать несущий смерть хруст позвонков.

— Я не намерена спрашивать дважды… Игнотус из рода Певереллов, — с холодной яростью процедила тюремщица.

Несмотря на очевидную близость смерти, мне стоило усилия не усмехнуться. История повторяется: снова меня пытают люди, требуя сведений, которых у меня нет. Я поднял взгляд на Железную Иду, и с удовлетворением отметил, что уже могу разглядеть ее, пусть даже сквозь туман, окрашенный кровью. Железная Ида. Трудно найти человека, которому это имя подошло бы лучше.