Летящая высоко

Амитола застонала и свернулась калачиком, пытаясь укрыться от мерзких тварей, но те не отставали. Она почувствовала, как одна из змей старается протиснуться между бедер и инстинктивно сжала ноги.

— Нет...

Дргугая змея заползла под штанину и обвилась вокруг икры.

— Нет... Отстаньте... — пробормотала Амитола, но твари все терлись горячей чешуей о ее кожу.

Девушка открыла глаза. Змеи никуда не делись.

Змеи?

Амитола закричала от отвращения и ужаса. На нее навалилось тяжелое тело, рот зажала чья-то ладонь. С трудом повернув голову, она увидела нависшее над собой круглое лицо Ульриха.

Его глаза остекленели, на лбу и жирном подбородке блестели капли пота, щеки горели как у больного лихорадкой.

— Руигес, — дрожащим голосом пробормотал он. — Руигес, медхен...

Амитола заколотила стражника по плечам, попыталась вцепиться ногтями в лицо, но он только уворачивался и скалил зубы. Его рука скользнула под пончо, под рубашку и сжала грудь девушки. Она приглушенно закричала, снова рванулась...

— Руигес... руигес.

.. — повторял Ульрих, стараясь раздвинуть ее ноги коленом.

Амитола вонзила зубы в горячую скользкую ладонь, зажимающую ей рот. Стражник взвизгнул, выругался, а в следующее мгновение его кулак обрушился на ее лицо. Перед глазами Амитолы поплыли круги, но она продолжала бороться; ей удалось разодрать ногтями щеку толстяка, прежде чем ее оглушили еще несколько ударов в лицо. Девушка услышала, как что-то рвется, снова ощутила отвратительные липкие прикосновения на своем теле...

— Ульрих!.. — раздался возмущенный женский голос.

У горла стражника возник узкий длинный клинок и тот застыл, в ужасе выкатив глаза.

— О, нейн, нейн, — мягко произнес кто-то.

Лезвие врезалось глубже в кожу стражника, вынуждая того подняться и отступить в сторону. Амитола забилась в угол койки, обхватила руками плечи и только сейчас позволила себе разрыдаться. Сквозь застилающие глаза слезы она с трудом могла разглядеть своих спасителей. Одним из них оказалась сама Блюстительница; несмотря на свою хрупкость и небольшой рост она, казалось, нависала над трясущимся Ульрихом и отчитывала его спокойным, ледяным голосом.

Второй, юноша с коротко остриженными волосами и светлой бородкой, одетый в отороченную мехом черную куртку, брюки и гетры, убрал клинок в ножны на поясе и, скрестив руки на груди, наблюдал за ними.

Амитола моргнула и утерла слезы. Эти двое были похожи друг на друга. Тонкие черты лица, глаза цвета синего льда... Скорее всего перед ней были сестра и брат.