Напарница вампира

Тронуло ли отчаяние барышни, возмутила ли её наивность, но только я воскликнула:

– Их деньги?! О чём вы?! Барышня, да с чего вы взяли, что у вас нет денег?!

– Кати, дорогая, не шути так! Да, дядюшка оставил мне деньги, но по его завещанию я должна беспрекословно...

– Вздор! – не сдержалась я. – С чего вы взяли?!

– Но дядюшка Тасп сам прочёл мне завещание...

– А вы что-нибудь поняли из него? Сами, без его объяснений?!

– Нет, но зачем ему...

– Барышня! – вскричала я. – Прошу вас, подумайте здраво!

– Но, Кати.

.. – Растерянный взгляд Аманды беспорядочно метался по комнате, пока не остановился на мне. – Кати, дорогая, ты умная, прекрасная девушка, ты так много знаешь, ты можешь разобраться буквально во всём!

– Но, барышня... – растерялась я, несколько смущённая её порывом.

– Кати, я знаю, ты хочешь скрыть своё воспитание, пока служишь камеристкой, но для меня ты всегда была не служанкой, а компаньонкой, нет, подругой! Прошу тебя...

– Барышня, – поспешила я остановить излияния нанимательницы, – пожалуйста, не надо на меня так смотреть! Я камеристка и не стыжусь этого.

Будь я вашей подругой – как бы могла я позволить себе брать с вас жалование? А так – я выполняю свою работу и рада, что могу оказаться вам полезной.

– Ты и будешь полезной, Кати! – воскликнула Аманда, бросаясь мне на шею. – Пожалуйста, прошу тебя!

– Я бы рада, барышня, но что я могу поделать?

– Кати, не скрывай от меня, я знаю! Ты получила хорошее воспитание, может быть, нужда заставила тебя пойти в камеристки, но я знаю, я точно знаю, что ты.

..

– Вы ошибаетесь, барышня, – холодно произнесла я, пока пылкое воображение не завело мою нанимательницу слишком далеко.

Полученное мной воспитание сводилось к нотациям госпожи Кик да к кое-каким манерам, усвоенным из готических романов. Знание же острийского, как и кое-какие представления о наследствах и завещаниях передал мне напарник своим отвратительным способом… и он же приучил меня говорить, что думаю, а не что полагается. Как я могла оказаться такой беспечной?! Как я могла столь неосторожно выдать себя?! Представляю, как на это отреагирует напарник.

..

– Кати, прости, милая, – смутилась барышня, разжимая объятья. – Я не хотела оказаться бестактной. Прости, дорогая, не обижайся! Ну, пожалуйста, скажи, что ты простила меня, что ты не сердишься!

– Мне не на что сердиться, барышня,– вежливо возразила я.

– Пожалуйста, Кати! Я не хотела тебя расспрашивать, я только хотела узнать – ты...