Когда туманы холодеют

- Помню как однажды на нас напали разбойники, а Регал двоих уложил пращей, еще до того как те до нас добежали, - вспомнил с низким мужским голосом нимич, такой же же длинный и крепкий, как и копье которое стояло у него за спиной.

- А Ремир, за словом в карман не лез, речь его была острее меча, а в бой шел с шутками и навеселе.

Дружина еще выше подняли чашки и выпив, продолжила громко и смачно жевать. Но ни хмельной напиток, ни воспоминание о доблестных качествах погибших, не могли до конца разогнать грустных дум.

Пять месяцев прошло с тех пор как началась распря, хотя Нимичи и одерживали много побед, но и для них, что ни день, то похороны, и никто не знал, кто следующий не будет пировать со своими сородичами и братьями по оружию.

Старик, убеленный сединами, поднялся из-за стола, снял со стены гусли, и сев на скамью, грустным голосом затянул старую родовую песню.

Удалы соколики, в небе синем летали,

Небо родное берегли, жен да детей защищали

Оей – ей-ей был мир да благодать!

Воины подхватили песню.

И вот вороны с железными клювами налетели

Налетели, что аж небо чернее черного стало

Оей – ей-ей небо чернее черного стало!

Кто-то ударил в бубен, кто-то ложкой стал по столу стал настукивать ритм, и атмосфера наполнилась торжественностью, силою и воодушевлением.

Вороги злые красной кровушки нашей испить захотели

и герои великой сечей всех их за горы дальние да погнали

Оей – ей-ей снова настал мир да благодать!

- Смерть нашим врагам!! - вдруг выкрикнул Митроха.

Старик остановил песнь, но со спокойным выражением посмотрел на Митроху, однако струны под его пальцами продолжали изливать мелодию. Митроха взял рог со стола, налил в него хмельного напитка, тут же выпил залпом, смачно рыгнув, вытерев рукавом губы. - В каждом бою Севляне теряют больше чем мы! За каждого Нимича мы отомстим десятикратно!

- Плодовитый род Севляне,- вздохнул один из стариков, - и воинов у них больше.

- За то у нас больше отваги, - закипел Митроха и вынув длинный нож с черной рукоятью, и со всего маху всадил его в дубовый стол.

Струны брякнули и замолкли. Тишина воцарилась в зале. Воины посмотрели как красные блики заиграли на вороненной стали ножа. Но через мгновение, все шумно поддержали его.

- Верно говоришь! Мы сильнее!

- Пусть их женщины рожают, наши мечам не привыкать. Не гулять им по нашим землям, - захохотал Митроха, и тут братья встретились взглядами. Старший сощурил охмелевшие глаза.