Герцогиня проклятого огня

Она молчала, и только по шевельнувшимся губам можно было прочесть «крысы». И если она вдруг упрется…

— А я крыс не боюсь, — бодро сообщил он.

— Вы все ненормальные, — решительно сообщила им Белла, направляясь первой к двери, за которой исчез герцог де Нордгау.

Спорить с ней охотников не нашлось.

***

Главное достоинство каменных плит — это то, что по ним можно бесшумно красться, решил Ксандер.

Когда они по переходам, анфиладам затянутых в гобелены комнат и ажурным винтовым лестницам добрались до нужного этажа и крыла, Одиль и Адриано безмолвно разулись.

Ксандер тут же последовал их примеру, и Белла, чуть поколебавшись, тоже. Одиль глянула на нее и, задрав вышитую пышную юбку едва не до колена, стянула легкие, как вздох, чулки. Иберийка, благодарно улыбнувшись ей, последовала ее примеру, пусть и показав едва щиколотку. Обе девочки аккуратно упрятали уязвимые кусочки ткани по карманам; Ксандер посмотрел на Адриано, но приятель только пожал плечами — носки не стоили того, чтобы их беречь, даже по военному дефициту.

В последний коридор Одиль скользнула первой. Ксандер пошел следом, чувствуя за плечом неровное от волнения дыхание Беллы; Адриано, должно быть, решил стать замыкающим. В сером сумраке от лучей пробивающейся через прозрачные оконные занавеси луны, Одиль с ее белыми косами казалась призраком, и фламандец даже задумался: сколько их тут, настоящих, ведь были, в самом деле, те, кто и в застенках сгинул, и погиб от стилета?

— … невозможно!

— Все возможно, монсеньор Одальрик, — отозвался кто-то очень усталый и очень молодой — голос еще ломался, успев за одну эту фразу выдать и низкую ноту, и петушино-высокую, — и очень галлиец: грассирование было за версту слышно.

— Хотя мы думали…

— Отец точно мертв?

— Да.

Наступило молчание. Одиль прокралась подальше, так, чтобы все они могли занять места у светящегося дверного окоема. Едва они устроились поудобнее, как заговорил третий голос. По сравнению с мягким говором галлийца и певучим — венецианца, у него гласные выходили звонко, а согласные — резко и будто чуть шипяще.

— А все потому, что вы молчали! — выплюнул он.