Странствующий Оруженосец

Но участь ее уже была предрешена: совершив длинный прыжок, мальчишка всем телом навалился на утку, затолкал ее за пазуху и, воровато оглянувшись на Мишеля, удрал.

Всей этой охоты Мишель не заметил. Погрузившись в размышления, он оступился в грязи и едва не соскользнул в лужу, ему пришлось замахать руками, чтобы не потерять равновесие, и эти неуклюжие взмахи насмешили двух чистеньких, румяных девиц с корзинками на локтях, полными разноцветными лентами и отрезами тканей, которые аккуратно пробирались по испачканным серой пеной краям лужи.

Их звонкий смешок вернул Мишеля к реальности, и он тут же галантно раскланялся обеим девушкам, вызвав этим у них очередной приступ смешливости.

- Леди, обопритесь на мою руку, так вам будет легче одолеть безграничные просторы этого океана, - жеманным басом произнес он и протянул ладонь. Прыская со смеху и переглядываясь, девицы с помощью Мишеля перебрались через водную преграду, и не успел он продолжить беседу, как они, взявшись за руки, резво припустили через площадь, даже не разу ни оглянувшись.

Мишель пожал плечами, вздохнул и отправился в трактир, где его ждалГийом.

Отворив скособоченную дверь, он переступил порог и отшатнулся от запаха чеснока, копоти и гари, острой струей ударившего в ноздри. Сквозь дым, от которого сразу же защипало в глазах, и выступили слезы, он едва мог разглядеть длинные столы и темные шевелящиеся фигуры.

- Ну и дыра! – пробормотал он. Двигаться наугад в этом чаду Мишель не решился, – еще свежо было воспоминание о мясницком тесаке, перерубившем горло скорняку, мало ли кто с чем здесь ходит, размахивая руками, и ему ничего не оставалось сделать, как громко позвать: - Гийом! Ты где?

Несколько пьяных голосов вразнобой откликнулись на его зов, но их тут же заглушил знакомый бас:

- Молчать, ублюдки! Мишель, я здесь!

- Да где здесь-то? – ответил Мишель, протирая глаза и откашливаясь, – едкий дым, казалось, уже впитался через кожу во все внутренности.

– Я жду тебя снаружи, - выдавил он и быстро вышел, с наслаждением вдохнув воздуха.

Вскоре из неприглядного трактира вышел Гийом, держа в одной руке закопченный глиняный кувшин, а в другой вяленую рыбину. Протянув свои трофеи Мишелю, он сказал:

- Угощайся, не смотря на жуткий чад, вино и еда в этой коптильне неплохие. Ну, как там Каин – убил Авеля?

- Что ж ему еще оставалось делать? – пробубнил Мишель, с трудом пережевывая пересушенное рыбье мясо. Отхлебнув из кувшина, он добавил: – Честно говоря, не понравилось мне все это действо.