Странствующий Оруженосец

— Если останетесь живы или хотя бы в состоянии держать в руках оружие! — язвительно и звонко расхохотался Арсуль, оглядываясь в ожидании ответного смеха, однако, собравшиеся во дворе лишь переглянулись, пожимая плечами — слишком уж нелепо прозвучали эти кичливые слова в устах прыщавого долговязого юноши в рваных и грязных одежках. Гийом задохнулся от ярости, но нечаянно поймав упреждающий взгляд Мишеля, проговорил все, что висело у него на языке, про себя, качая головой и кривя губы.

— Хватит оскорблять друг друга словами, — сказал Мишель.

— Пора уже показать свои способности на деле. Сходитесь, после того, как я махну рукой.

Гийом, по всем правилам выставив вперед меч и укрывшись щитом, стал медленно подходить к противнику пружинистым шагом, а Арсуль, держа меч прямо перед собой, стоял на месте, согнув в коленях широко расставленные ноги. Среди зевак нашлись двое знатоков, которым довелось повидать немало всяческих поединков, и прямо за спиной Мишеля они принялись лениво и обстоятельно обсуждать происходящее.

Слушая их, Мишель с трудом сохранял серьезность, подобающую его обязанностям судьи.

— Длинный стоит, не шелохнется, — говорил один.

— Поджидает. Когда этот беловолосый подберется к нему, он махнет своим мечом и разрубит ему щит одним движением, — отвечал ему второй.

— Да этот жердяй просто шагу сделать не может — меч-то вон какой тяжелый...

Случилось нечто среднее от их предположений. Гийом уже собрался возмутиться неподвижности своего противника, как тот неожиданно сделал широкий шаг вперед и одновременно опустил меч, громко гаркнув от усилия.

Одной только тяжести меча хватило бы на то, чтобы, как и предполагал местный знаток поединков, разрубить щит, а вместе с ним и самого бойца, но движение падающего клинка было настолько медленным, что Гийом спокойно отступил в сторону, будто бы вежливо уступая дорогу уважаемому оружию. Клинок вонзился в землю на добрую четверть, а крепко державшийся за рукоять Арсуль подпрыгнул кверху, едва не кувырнувшись через голову, и упал, глухо брякнув костями оземь. Зрители покатились со смеху, все та же собака зашлась в лае, а Альмерик, забыв страх перед Гийомом, бросился к своему хозяину и помог ему подняться.

— Со мной все в порядке, мои верный друг, — Арсуль, стараясь не морщиться от боли, потрепал Альмерика по голове и отправил его прочь с ристалища. После чего он ухватился за крестовину и попытался вытащить меч из земли, но клинок нисколько не сдвинулся.