Боги поневоле. Наследие Зевса

Одна целая, ноль десятых, что за фигня?

Цейлинг приподнял подбородок, изучая табличку взглядом, в очередной раз ловя себя на том, что греческие буквы уже не представляют для него былой загадки, что он читает письмена совершенно свободно… Правда, понятнее они от этого не становились.

«Зал 1.0». Действительно, ерунда какая-то… Впрочем, что им за дело сейчас до загадок архитекторов лабиринта? У них есть дела и задачи значительно более важные и, надо прямо сказать, куда как более интересные.

- Нет, и все-таки, где взять ключ?

- Откуда я знаю! – журналист, внезапно ощутив приступ паники, раздраженно дернул плечом, - Надо… надо все-таки поискать.

Пол тоскливо огляделся и тяжело-тяжело вздохнул. Самых видных мест в комнате было предостаточно, все просматривались очень хорошо, но ни на одном из них ключа не наблюдалось. Тем не менее, экс-султан попытался мыслить конструктивно и, не позволяя себе поддаваться панике, демонстративно прищурился.

- Можно проверить за занавесками, - задумчиво предложил он, и сам же первый направился к оным. Ему, честно сказать, было очень интересно не только проверить наличие ключа, но и взглянуть, что же видно из окон, прикрытых занавесками. В конце концов, они ведь находились на большой глубине, в чем уже неоднократно убеждались, и полюбоваться на подводный мир хотелось.

Как и убедиться, что стекла прочны и водным давлением их не выбьет.

- Мне начинает это нравится, - сумрачно проговорил Марк, следя за другом, - Пройти столько залов и оказаться в каменной подводной могиле! Может, дверь здесь надо просто высадить?

Он пожал плечами и, предпочитая проверить собственную догадку, зашагал к двери, немного прихрамывая. Рана на ноге, казалось бы, забытая и исцеленная, неожиданно вновь напомнила о себе, доставляя малоприятные ощущения.

Пол, оглянувшись на друга, только пожал плечами. Он как раз взялся за занавеску, намереваясь приподнять ее и отвлекаться не хотел.

Марк, продолжая что-то говорить, шагал к двери, а мужчина устремил все внимание на то, что скрывалось за окном.

Разочарован он не остался.

За плотным стеклом расстилался великолепный, потрясающий воображение морской пейзаж. Храм, в котором они находились, стоял прямо на дне, на посверкивающем голубоватом песке, в обрамлении мягко колышущихся красновато-зеленых водорослей.