Боги поневоле. Наследие Зевса

Друзья переглянулись и, не сговариваясь, одновременно переступили тонкую темную полоску, знаменующую порожек, вход в новое ответвление странного лабиринта.

Что-то произошло в эту секунду. Что-то странное, непонятное и до чрезвычайности неприятное, дающее понять, что подвох здесь все-таки имеется.

Пол под ногами вдруг пришел в движение, стены пошатнулись, а потолок начал неуклонно смещаться влево. Коридор двигался, вращался, переворачивался, и устоять, удержаться на ногах на этой карусели было совершенно невозможно.

Марк с Полом цеплялись друг за друга, пытались изо всех сил сопротивляться неодолимой силе, переворачивающей помещение вместе с ними, и не могли, не были способны удержаться в вертикальном положении. Потолок завалился на бок; пол ушел из-под ног. Друзья упали, отчаянно пытаясь удержаться. Экс-султан слегка придавил другу раненную ногу, и тот жалобно заскулил.

Поворот оказался довольно быстрым, почти мгновенным, но мгновение это в сознании путников растянулось на бесконечные века. Опомнившись лежащими на стене, как на полу, они попытались привести в порядок мысли; Цейлинг попробовал встать.

Стена, к его вящему изумлению, оказалась достаточно крепкой, проваливаться под ногами не спешила, да и вообще, похоже, всерьез вознамерилась изображать из себя напольное покрытие. Марк, проследив действия друга, без особенного желания последовал его примеру, тоже поднимаясь на ноги.

- Какого черта это было?.. – голос журналиста звучал хрипло, однако, довольно уверенно и в определенной степени даже и возмущенно, негодующе.

Пол только развел руки в стороны. Ему ответ на заданный вопрос тоже хотелось бы узнать.

Слеттер, не получив ответа, нахмурился.

- И что теперь?

- А что теперь? – мужчина тяжело вздохнул и, картинно вытянув руку, указал куда-то вдаль, - Коридор по-прежнему прямой и длинный. Пойдем теперь по стене, попытаемся понять, куда на сей раз нас хотят завести.

Парень дернул плечом.

- Под твою ответственность.

Пол хмыкнул и уверенно направился вперед – ответственности он никогда не боялся, и сейчас вполне готов был взвалить ее на свои плечи.

Тем более, что за друга ответственность он итак ощущал, изо всех сил стараясь сделать путь для него более или менее легким, надеясь сохранить его здоровье. Последнее, к слову, час от часа делалось будто бы все лучше и лучше, что не могло не радовать.

Сам Марк, тоже отмечающий эту особенность своего состояния, хромал рядом с товарищем, совершенно не думая сейчас о собственном самочувствии.