Очерки истории Ларес

Но они прошли недолго, а может быть и долго, как какой-то огонек замаячил впереди, поляна, слабо освещенная его светом, открылась им, а на ней паслись лошади. Пять стреноженных лошадей.

Фонарь колыхался на ветке, слабо поблескивая в темноте. Никого не было. Пастух, должно быть, ушел. Может быть он испугался приближающихся шагов и спрятался за кустами? Как бы то ни было, они стали развязывать лошадям ноги, все еще надеясь ускользнуть незамеченными. Только все же было уже поздно: позади, пока очень глухо, но раздался лай собаки, и голоса, еще далеко, совсем далеко, но ясно было, что их побег был замечен.

За ними направилась погоня… Увы, они переоценили степень своей ночной бесконтрольности… Быстрым движением они перевернули и затушили фонарь, чтобы не выдавал их в темноте. Темнота стала полной.

Скорее на лошадей и в лес. Чернобородый и Ферг слушали дыхание друг друга, убеждаясь, что они рядом. Двое других помогли залезть на лошадь слепцу.

- Калеку возьми к себе на лошадь, - сказал чернобордому Ферг.

Но калеки не было видно в темноте. Можно было надеяться, что он до сих пор стоит на краю поляны.

- Иди сюда, - позвал чернобородый. – Иди с нами!

Теперь ему тоже не хотелось оставлять калеку, даже несмотря на то что как раз им и был нужен этот самый заслон, о котором он прежде говорил. Но что-то останавливало его, что-то в том, как он сегодня им странно помог, что-то в том, как он спустился к ним на дорогу. Словно бы он действительно понял то, чего они от него добивались…

Там, во тьме, ничто не пошевелилось.

Лай собак раздался ближе, стук копыт уже был отчетливо слышен в тишине.

- Уходим, я задержу их. Бегите в лес! – крикнул Ферг.

- Оставьте лучше меня, я не хочу жить. Я поеду им навстречу… - простонал слепой, однако его лошадь уже утянули за поводья в темные кусты.

- Ну что же ты не идешь? Подойди ко мне! – окликнул вновь чернобородый, направив вперед лошадь, готовый сейчас же, услышав хоть шевеление в темноте, нагнать и поднять искалеченного спутника с собою на лошадиную спину.

Он должен был послушаться, ведь он всегда выполнял приказы. Или это темнота так напугала его?

Но в это время голос от края поляны, хриплый и еле внятный, смешавшийся с приближающимся лаем, произнес:

- Уходите.

Они замерли и обернулись.

- Схвати его, а я задержу их, - сказал Ферг другу, развернув коня.

- Уходите! – раздалось теперь гораздо отчетливей.

И не только всадники, но даже кони, кажется, застыли в воздухе от леденящего холода этих слов.