Записки о рыцарях

Её жених зачастую так же сопровождал её, но в странствии ему интересней было не погружение в крестьянскую жизнь, а нахождение рядом с возлюбленной, совместное занятие и дорожные беседы. Советуясь с Парменасом, юные господа предлагали крестьянам способы улучшить их жизни. Из-за их деятельности за несколько лет были организованы новые дороги, улучшены старые, поля начали использовать рациональнее, а в деревнях их и в замке были построены общие бани. Подати ограничили, давая хозяйствам развиваться, и крестьяне процветали и были благодарны юным господам, а юную «Леди Весну» вообще боготворили.

В соседних землях же напротив подданных эксплуатировали нещадно, забирая весь урожай и распределяя так, как хотели бароны и графы, оставляя крестьянам лишь необходимый минимум для них, для скота и посева.

Зимой Адельстейн любил кататься на санях вместе с невестой. Со временем он всё больше требовал передавать правление конями ему, и, в итоге, выпросил у своей матери возможность прокатиться с Эберхильдой только вдвоём.

Гариберга согласилась с этим, но втайне попросила меня приглядеть за детьми. Они выехали на рассвете, солнечным морозным зимним утром, и помчались по белому снегу в лес. Я же, как тень, верхом преследовал их, скользя во тьме между деревьями. Господин отвёз даму на чудесную поляну, на которой не было снега, и на зелёной траве там всегда росли прекрасные белые и синие цветы. Люди считали, что это место сбора фей и лесных духов. Старики и взрослые боялись ступить на эту землю, а дети втайне бегали сюда играть и проверять свою храбрость. А Адельстейн, не страшась ни проклятий, ни магии древнего места, нарвал в тот день цветов и преподнес их Эберхильде, за что получил поцелуй и объятья. Они задержались здесь примерно на час, после чего отправились обратно, но по дороге на их пути возникли две высокие фигуры. Мужчина и женщина средних лет, закутанные в промёрзшие шубы и шкуры, в руках они держали топор и вилы. Разбойники потребовали отдать всё ценное, что было у детей. Господин, услышав ультиматум, вынул меч и спрыгнул с саней, за что тут же получил обухом топора по голове и упал без сознания. Я тут же достал лук и приготовил стрелу – одно неверное движение, и грудь мужика пробил бы острый наконечник. Но в тот момент Эберхильда неожиданно встала с места, выпрямилась, грозно посмотрела на разбойников и громко их отчитала: «Да как вы смеете, смерды, поднимать руку на вашего господина!?»

- Наш господин – барон Хадвар.