«Баргузин» уходит от погони

Иначе можно перейти из разряда «брат» в никуда: в небытие, в разряд списанных.

И он, Тагер, совсем недавно отправил туда, в небытие, бывшего «брата», своего одноклассника, коммодора Робертса. Он с лёгким сердцем списал Билла, о чём и было доложено руководству Ордена.

И вот теперь ему самому фактически предъявлена чёрная метка. Тут есть отчего суетиться и нервничать…

Тагер вытащил из кармана пиджака смартфон и сделал звонок своему помощнику. Конгрессмен попросил его срочно собрать в Капитолии членов комитета.

Глава 3

1

В Белом доме с утра всё шло как обычно. По случаю воскресенья президент не спешил заниматься государственными делами. Он лежал одетый на кровати поверх заправленного одеяла. В окно спальни игриво заглядывало солнце. Тромбу совсем не хотелось вникать в официальные сводки и выслушивать доклады о событиях, произошедших в стране и мире.

Но он, Дональд Тромб, не Обама, которому окружающую обстановку разжевывали многочисленные советники.

Он всё привык в основном делать сам. Да, его обвиняли и обвиняют в неготовности к президентству. Громко кричали, мол, Тромб никогда не занимался политикой.

Глупцы!

Крупный бизнес, который он неустанно ворочал, как грузчик мешки, был ещё сложней их хвалёной политики. Надо только хорошо взяться за дело, впрячься в этот тяжёлый воз и тащить его, тащить…

Дональд просматривал воскресные газеты, которые публиковали читательские письма и очень толковые статьи.

Во многих письмах обсуждалась война в Сирии, давались довольно глупые и примитивные советы. В них также критиковалась пассивность Штатов, которая привела к большим имиджевым потерям Америки в мире.

Но Тромба все эти журналистские стенания мало трогали. Пишущая братия никак не хотела конкретно указать виновника «имиджевых потерь» – предшественника Дональда.

Как же, Обама для них свой человек, чуть ли не священная корова. И Барака, как это животное, не то что за сиськи дёрнуть нельзя, но и критиковать – большой грех.

Но одно из печатных сообщений заинтересовало президента. В передовице газеты «Чикаго Трибьюн» говорилось:

«Нефть как кровь в артериях. Она пульсирует в машинах и агрегатах, даёт движение, дает саму жизнь. Нефть – сила, она и есть мерило состояния нашего бытия.