Долгая полночь

Жан мрачно оглядывал переулок, сунув оружие в ножны и стирая кровь с камзола — кто-то из убитых заляпал его перед смертью.

Эвен поддержал её за плечи, Жанна слабо улыбнулась. На ногах стоять она больше не могла.

***

Чума жила здесь. Уцепившись за древние камни, она держалась в больнице для бедных, точно усевшийся в норе старый крот. Каждый день множество мертвецов уходили отсюда в последний путь к яме, где их сжигали дотла. Оттуда тянуло чадом, которым, казалось, пропахло всё.

Ни за что на свете Жанна не хотела бы очутиться в этом проклятом месте, где чаще убивают, чем лечат — уж она-то это знала преотлично. Короткая погоня забрала все её силы, и сейчас колдунья могла лишь лежать, пытаясь совладать с охватившей тело лихорадкой. О да, она заключила договор с духами жизни, и чума не могла коснуться ни колдуньи, ни Эвена — нужно лишь носить, не снимая, серебряный нательный крест.

Один такой Жанна надела сама, один отдала Эвену и ещё один возила с собой. Да только крест защищал от чумы, но не от других болезней, и сейчас Жанна ощутила это на себе.

Она сумела вывести яд накера отобранной у стражников бутылью вина, но не могла противостоять заразе обыденной. Стоило бы всё-таки призвать змею Рафаила — что такое несколько месяцев жизни, если она даже не заметила бы их отсутствия? А теперь она лежит в небольшой нише, больше всего желая оказаться за много льё отсюда, вдыхает проклятый аромат больницы и жалеет себя.

Страдает из-за собственной жадности, и поныне не желая отдавать драгоценные дни гостям с той стороны Грани.

Мрачную тишину изредка разрывала только молитва — священники занимались этим каждый день, призывая Рафаила, чтобы тот помог им в исцелении. Но архангел оставался глух к мольбам.

Эвен стоял рядом, глядя, как врач меняет повязку на плече Жанны. Короткий бой с одержимыми прошёл для него без единой царапины, и рыцарь не желал отходить от постели больной, вполне обосновано не доверяя врачам. Первый костоправ, сунувшийся было лечить колдунью, заставил её заорать от боли спустя всего несколько мгновений, за что немедля получил в ухо от телохранителя и спешно ретировался.