Долгая полночь

Шагали они уверенно и в ногу, но, увидев вооружённых мужчин, немедля развернулись и пустились обратно. Тут же щёлкнул арбалет Шарля, один из одержимых упал с пробитым затылком, зазвенели луки англичан, и второй покатился по земле — стрела попала ему в бедро. 

Берт бросился догонять третьего, и в тот же миг что-то ухватило Жанну за шиворот, едва не сбив с ног. Колдунья вздрогнула всем телом, нашарила нож и отпустила его, узнав Эвена. Тот молча указал на одну из могил, у которой валялась сломанная о надгробный камень стрела с расплющенным наконечником.

— Ворота! — крикнул Сэм, спуская тетиву.

Жанна замешкалась, не зная, что делать, и лишь вмешательство телохранителя спасло ей жизнь. Не церемонясь, Эвен попросту сгрёб её в охапку, толкая за один из могильных камней — и едва успел прикрыться щитом, в который одна за другой с глухим треском вонзились три стрелы.

Колдунья всё же успела увидеть в воротах лучников, что раз за разом дёргали тетиву. Целься они по защитникам, и тем пришлось бы худо, но все стрелки били только по Жанне, словно не замечая бегущих к ним мужчин.

Тюкнули о камень ещё несколько стрел, вспорол воздух поллэкс сэра Джона, проламывая висок одному из лучников, и бой закончился. Француз и англичанин прошли сквозь неровный строй противника, как нож сквозь масло, оставляя за собой лишь трупы.

Кто-то из лучников всё же успел достать фальчион, но Жан походя ткнул его клинком в шею, и одержимый упал, захлёбываясь кровью. 

— Кажется, всё, — сказал Эвен, опуская щит. Жанна с трудом поднялась на ноги, держась за надгробие. Тут и там на земле вокруг неё валялись разбитые о камень английские стрелы. У соседнего камня на земле сидел бледный Шарль с обломанной стрелой в плече — когда в него успели попасть, Жанна не видела.

Рядом валялся разряженный арбалет.

— В следующий раз, мадемуазель Мируа, мы вас спрячем в одну из этих могил, чтобы ни одна падаль до вас не добралась, — заявил Жан, вытирая клинок. — Неужто вам так хотелось превратиться в ежа?

— Нет. Но для этого у меня есть защитник, — сухо ответила Жанна, чувствуя, как в ране опять загорелся яд накера.