Долгая полночь

Никто, правда, почему-то не захотел рассказать, чего же именно требовал отец невесты, и это только разогревало пыл Ланса. 

Граф оказался довольно грубым и мерзким старикашкой, из тех, чьи плечи согнули годы, а норов стал совсем уж горячим. Дочь его не отличалась красотой, хоть и дурнушкой не была — так, серая мышь, каких много по деревням и городам. Ланс, не будь дураком, вежливо представился и спросил, чего же хочет отец за это прелестное создание. 

Д’Олерон тогда и ответил ему:

— Я, — говорит, — дал клятву перед лицом Господа, что выдам дочь лишь за того, кто сможет ей достойное жилище построить, да такое, чтобы никто не смог её там обидеть.

А потому желаю я, чтобы ты выстроил замок на одинокой скале, что в двух милях на запад отсюда, и провёл к нему мост из цельного камня, потому как скала эта торчит прямо из моря. 

Почесал затылок Ланс, но подумал, что если ничего не выйдет, он всегда сможет просто удрать, да и согласился.

Тут граф ухмыльнулся и добавил:

— Знал я, что все прошлые женихи дураками были, да только ты их всех за пояс заткнёшь. Ведь сделать всё это надо за одну ночь!

Понял Ланс, что поспешил он, но попытка не пытка — сел он снова на коня и поехал к скале. 

Но, конечно, не по силам человеку за ночь выстроить целый замок, да ещё и посреди моря. Сел тогда Ланс на камень и стал думать, всё больше помышляя о том, чтобы собраться и уйти восвояси.

Встал, уходить собираясь, да и сказал в сердцах:

— Хотел я обмануть старого осла, да только сам в ослах оказался. Не построить здесь замка не то что за одну ночь, но даже и за сто лет, разве только нечистая сила поможет мне!

И только он договорил, как засвистел в ушах ветер, поднялась столбом редкая пыль, и видит Ланс — стоит перед ним человек в чёрном плаще, бледный, худой, да и смотрит с интересом.

 

— Если уж ты так хочешь взять в жены свою ненаглядную да земли графа получить, — говорит, — что даже на помощь нечистой силы согласен, то я не могу пройти мимо. Хочешь, помогу?

— Так ведь наверное, и плата будет велика, мне в жизнь не заплатить, — сказал ему Ланс.