Создатель. Становление попаданца

Как-то не хотелось мне умирать сразу после своего рождения, пусть и повторного. Но и сидеть сложа руки тоже нельзя было.

— У меня есть золото, — выпалил я. — Но оно не здесь, я могу показать, где оно.

Импровизация сработала, глаза главного злодея заблестели, и он уже мысленно считал золотые монетки. Нож отдалился от моего горла.

— Ну и где же оно?

— Мешочек с золотыми остался на убитой лошади, там немного, но это все, что у нас есть, — смотрел я ему прямо в глаза и врал так убедительно, что сам бы поверил.

— Далеко отсюда?

— Нет, шагов триста.

— Вставай, покажешь дорогу, — повёлся на развод бандит, а я судорожно пытался придумать, что делать дальше. — Клёпа, останешься с дамами! А мы прогуляемся.

Я медленно привстал с кровати, ноги слушались плохо, но идти надо было. Моя одежда висела в углу, вроде бы в ней я сюда пришёл. Отверстие от стрелы в теплом пиджаке подтвердило мои предположения. Самому одеться было трудно, рука на раненой левой стороне работала плохо, и каждое резкое движение отзывалось болью.

Вся банда смотрела на меня, как на клоуна в цирке, с ехидными улыбками.

И вот, когда шоу с моим участием подошло к концу, главарь скомандовал второму, чтобы тот проверил, все ли спокойно на улице. Тот выглянул за дверь и убедительно кивнул.

— Показывай! — скомандовал он мне. — И не вздумай шутить с нами.

Выбора не было, и я вышел следом за вторым бандитом. Был ясный морозный день, но солнечные лучи почти не пробивались сквозь заросли лиан. Они, словно зонтик, нависали сверху и были абсолютно везде.

Метель уже закончились, тропинки выровнялись заметенным снегом. И лишь небольшое углубление в снегу мне подсказало, куда идти. Когда я брел сюда, дорогу я не запомнил, не до этого мне было. И мы пошли по колено в снегу.

Но что-то мне никак не давало покоя, было чувство, что кто-то, кроме нас троих, тут присутствует. И мы прошли уже часть пути, как я осознал, что источник этого энергетического присутствия находится у меня во внутреннем кармане пиджака.

Как бы невзначай, я залез туда здоровой рукой и нащупал кинжал. От него исходило тепло, он как будто был частью меня и повиновался. Поймав себя на этой мысли, тряхнул головой, уже совсем умом тронулся, кинжал, блин, со мной разговаривает.

Местность я узнал с трудом, пурга постаралась. Лишь бугорок из снега выдал место, где была лошадь. Полуметровые сугробы меня измотали окончательно, и я, упав на колени, указал туда, где должен был быть псевдомешок с золотом.